Книги - Каспий: Статус, нефть, уровень

7.1. Факты и гипотезы

Формирование Каспийского моря происходило в течение длительной геологической истории, на протяжении которой отмечалась неоднократная смена трансгрессивных (наступление) и регрессивных (отступление) фаз его уровня различной величины и продолжительности. В третичном периоде (около 70 млн лет тому назад) произошло отчленение понто-каспийского бассейна от южных морей и океана Тетис. В конце понтического времени (10 млн лет тому назад) огромное внутреннее Сарматское море, охватывающее территории современных Черного и Каспийского морей, распалось на отдельные части, образовав автономный изолированный бассейн Каспийского моря с привычными для нас контурами. В этот период площадь морской акватории была меньше современной, а в отдельные века среднего плиоцена Каспий занимал лишь южную глубоководную (Дербентскую) котловину.

Материалы геоморфологических исследований показывают [30, 49], что размах колебаний уровня Каспийского моря со временем сокращался; в плейстоцене (последние 700-500 тысяч лет) он превышал 100 м, в галоцене (последние 10 тысяч лет) достигал 15 м (между отметками -20 м и - 35 м), за последние 2 тысячи лет - 12 м (рис. 23), а за время инструментальных наблюдений (с 1830 года по настоящее время) - примерно 4 м (рис. 24).

Существует много гипотез, предположений, догадок, домыслов по этому поводу. Очевидно, однако, что процесс формирования Каспийского моря, с одной стороны, определялся глобальными геологическими явлениями, с другой - региональными особенностями. Потому считается, что на колебание уровня Каспийского моря в раннем неогене преобладающее влияние оказывали тектонические и горообразовательные процессы, в верхнем плиоцене - тектонические и климатические факторы, на современном этапе - климатические и антропогенные.

Рис. 23. Межвековой ход уровня Каспийского моря с начала нашей эры [30]

Рис. 23. Межвековой ход уровня Каспийского моря с начала нашей эры [30]

 

Рис. 24. Колебание уровня Каспийского моря за период инструментальных наблюдений [58]

Рис. 24. Колебание уровня Каспийского моря за период инструментальных наблюдений [58]

В целом, такая трактовка обосновывается уровенным режимом Мирового океана, который также неоднократно входил в крупные трансгрессивные и регрессивные фазы развития в зависимоси от разрастания или сокращения материковых ледников. Размах колебания уровня Мирового океана в раннем неогене и в плиоцене достигал 100 и более метров, и морская вода не раз заливала территорию современного Подмосковья [30]. Последняя трансгрессия Мирового океана началась 17-20 тысяч лет назад и завершилась около 4 тысяч лет назад, когда его уровень стал близок к современному, и в послеледниковое время никогда не был выше современной береговой линии [50]. В этот период, проявивщейся в новой серии потопов, сильно колебались и уровни бесточных водоемов: Каспий - на 70 м, Чад в Африке - на 50 м, Мертвое море на Ближнем Востоке - на 400 м, Большое Соленое озеро в Северной Америке - на 300 м.

Согласно климатической гипотезе, колебания уровня Каспия вызваны протекающими как в бассейне моря, так и далеко за его пределами крупномасштабными гидрометеорологическими процессами, влияющими на формирование элементов водного баланса моря и приводящими к изменению соотношений между отдельными компонентами водного баланса.

Водный баланс Каспийского моря схематически показан на рис. 25, где Qпов (км3 воды) - суммарный объем речного (материкового) стока, поступающего в море, Qподз (км3 воды) - подземный приток в море, Р (км3 воды) - атмосферные осадки, выпадающие на поверхность моря, Е (км3 воды) - испарение или конденсация с поверхности моря, Qкбг (км3 воды) - объем стока морской воды в залив Кара-Богаз-Гол, Rподз (км3 воды) - объем подземного оттока морской воды. Как следует из рисунка, когда приходная составляющая водного баланса (Qпов+Qподз+Р) равна расходной части (E+Qкбг+Rподз), уровень моря не изменяется. В случае же, если (Qпов+Qподз+Р)>(E+Qкбг+Rподз), уровень повышается, а при обратном знаке - понижается.

Влияние составляющих водного баланса на изменение уровня моря (Dh, м слоя воды) в самом общем виде можно представить в виде уравнения

Dh = [(Qпов+Qподз+ Р)/S] - [(E+Qкбг+ Rподз)/S],

где S - площадь моря, км2. Площадь моря зависит от его уровня, но для оценки влияния составляющих водного баланса на величину Dh ее можно принять равной 388 тыс. км2 - среднее значение за период 1900-1990 годы (или при отметке уровня -27.5 м).

Рис. 25. Водный баланс Каспийского моря.

Рис. 25. Водный баланс Каспийского моря.

Межгодовые изменения основных компонентов водного баланса (речного стока, атмосферных осадков, испарения и стока в залив Кара-Богаз-Гол) за последнее столетие приведены на рис. 26. Оценим возможное влияние каждого составляющего водного баланса на уровень моря.

В общей сложности в Каспий впадают около 130 рек. Основной объем стока приносят Волга (80%), Урал (5%), Терек, Сулак, Самур (в сумме 5%), Кура (6%). Сток рек иранского побережья, малых рек Кавказа и прочих составляет 4%. Разница между максимальным и минимальным (размах) годовым поверхностным притоком речных вод в море составила за сто лет 260 км3 (рис. 26а). В пересчете на водную поверхность моря такое изменение речного стока соответствует изменению его уровня на 67 см. Иначе говоря, межгодовое изменение уровня Каспийского моря только за счет изменения речного стока может составить более полметра.

Объем атмосферных осадков, выпадающих на поверхность моря, по сравнению с объемом речного стока незначителен, потому их влияние на уровень моря также незначительно. В многолетнем ходе атмосферных осадков с начала текущего столетия, особенно в последние десятилетия, прослеживается тенденция их роста (рис. 26б). За рассматриваемый период времени наибольшее количество осадков (около 120 км3) выпало в 1969 году, наименьшее (около 50 км3) - в 1944 году. Таким образом, максимальный размах межгодовых колебаний количества атмосферных осадков в текущем столетии составил 70 км3, что соответствует изменению уровня моря на 18 см.

Рис. 26. Межгодовые изменения составляющих водного баланса Каспийского моря [30]

Рис. 26. Межгодовые изменения составляющих водного баланса Каспийского моря [30]

Наиболее трудно определяемыми, потому спорными, составляющими водного баланса Каспийского моря являются подземный отток и подземный приток. По данным разных авторов подземный приток в Каспий варьируется от 0.3 до 50 км3 в год. Большинство исследователей полагает, что в море поступает ежегодно 3-5 км3 подземных вод. Поэтому по сравнению с другими составляющими водного баланса его вклад в изменение уровня моря почти не заметен; двукратное изменение Qподз приведет к изменению уровня моря всего на 1 см. Порядок величины подземного оттока морских вод до сих пор не оценен, и в уравнении водного баланса вообще не учитывается. Представляется, что Rподз и Qподз в какой-то мере взаимно компенсируются.

По сей день остается дискуссионным и значение величины основного расходного элемента водного баланса - испарения с поверхности моря; надежных методов его измерения не разработано. В начале столетия с поверхности моря испарялось 390-395 км3 воды, а в последние годы из-за повышения увлажненности климата оно снизилось до 344 км3. Снижению испарения способствовало также уменьшение температуры поверхностного слоя Северного Каспия из-за увеличения поступления холодных волжских вод. Как видно из рис. 4в, максимальная амплитуда испарения составила в текущем столетии 190 км3, что соответствует изменению уровня моря примерно на 50 см.

Залив Кара-Богаз-Гол играет исключительно важную роль в бытие Каспийского моря, оказывая огромное влияние на его водный и солевой балансы: каждый кубический километр морской воды приносит в залив 13-15 млн тонн различных солей. Потому рассматривать Каспийское море, как бессточный водоем, не совсем корректно.

Формирование залива Кара-Богаз-Гол в современных очертаниях завершилось 4-5 тысяч лет назад, и с тех пор его лагунный режим естественным образом ни разу не прерывался. Район залива относится к числу внутриматериковых пустынь, для которого характерно интенсивное испарение с водной поверхности и незначительное количество осадков. В силу этого Кара-Богаз-Гол выполняет также и функцию испарителя каспийских вод.

До начала 30-х годов в залив Кара-Богаз-Гол ежегодно поступало 20-25 км3 каспийских вод (рис. 26г). По мере снижения уровня моря сток в залив сокращался и к концу 70-х годов составлял 5-10 км3. В марте 1980 года пролив, соединяющий море с заливом, был перекрыт глухой плотиной. Основной аргумент - экономия каспийских вод с целью предотвращения “высыхания” моря. К концу 1982 года площадь поверхности залива уменьшилась с 9,5 тыс. км2 до 2 тыс. км2, а к середине лета 1984 года завершился процесс усыхания поверхностных рассолов и превращения залива в “сухое озеро”. С этого момента часть солей стала разноситься ветрами, засоляя окружающую среду и почву Туркменистана; нарушилась веками налаженная самой природой химия залива.

В сентябре 1984 года сток каспийских вод в залив был частично (объемом около 1.5 км3) возобновлен при помощи водопропускного сооружения. Возобновление ограниченного стока морской воды имело целью восстановление и сохранение в минимальных объемах поверхностных рассолов для ослабления негативного влияния усыхания залива на окружающую среду и возрождения химического производства ценных соляных минералов. Тогда, в 1984 году, никто еще не предполагал, что уровень Каспийского моря резко повыситься, хотя устойчивая тенденция повышения уже наблюдалась. И только в середине 1992 года, когда уровень моря повысился более, чем на 2 метра по отношению к уровню 1978 года, дамбу взорвали. На этот раз цель этой акции заключалась в предотвращении дальнейшего повышения уровня моря.

Для осмысления роли залива Кара-Богаз-Гол в регулировании уровня Каспийского моря приведем такие цифры. С начала текущего столетия в залив поступило более 1000 км3 морских вод, что сопоставимо с трехкратным объемом Азовского моря. В переводе на слой, отнесенный к средней для периода 1900-1990 годы площади Каспия, это составляет 2.6 метра. В начале века ежегодное снижение уровня Каспийского моря за счет стока в залив Кара-Богаз-Гол составляло 7-9 см. Экономия же морских вод за счет отчленения залива, обернувшаяся в конечном счете крупными затратами, составила за 1980-1990 годы примерно 135 км3. Это способствовало ежегодному повышению уровня моря в указанные годы на 3.0-3.5 см. Сейчас в залив поступает более 20 км3/год и это сдерживает рост уровня моря более, чем на 5 см в год.

В многолетнем ходе уровня Каспийского моря (см. рис. 24) можно выделить несколько характерных периодов: 1900-1929, 1942-1969 годы - относительно стабильного (или умеренного снижения) состояния уровня, 1930-1941 и 1970-1977 годы - резкого снижения, а 1978-1995 годы - резкого повышения. В последние три года отмечается некоторая стабилизация уровня моря, даже его снижение. Как оно поведет себя в дальнейшем, покажет время.

Характерные периоды изменения уровня Каспия, по аналогии с естественными синоптическими периодами, могут быть названы [58] естественными климатическими периодами (ЕКП), определяющими формирование элементов его водного баланса. И на самом деле, сопоставление значений величин изменения уровня моря, вычисленных с помощью уравнения водного баланса, с фактическими значениями Dh показывает (табл. 21), что между ними имеет место довольно хорошее соответствие как по абсолютным значениям, так и по знаку изменения (повышения или понижения) уровня. Отсюда совершенно очевидно, что те синоптические процессы, которые оказывают превалирующее влияние на элементы водного баланса, определяют и уровенный режим Каспия. В качестве дополнительного подтверждения справедливости такого толкования трансгрессивно-регрессивных явлений сошлемся и на внутригодовую (сезонную) изменчивость уровня моря, которая обусловлена теми же факторами, что и многолетняя. Так, в летний период, после прохождения паводковых вод (апрель-июнь), уровень моря повышается в среднем на 40 см [30]. Заметим также, что практически все внутриконтинентальные водоемы мира относятся к водоемам с переменной береговой линией; у одних она выражена больше, у других - меньше.

Таблица 21. Влияние изменения среднемноголетних годовых значений составляющих водного баланса Каспийского моря на его уровень

Период,

годы

Qпов, км3

Qподз, км3

Р, км3

E,

км3

Qкбг, км3

S,тыскм2

Dh, см:

вычисл.факт

Â,%

1900-29

332.4

5.5

69.8

389.4

21.8

404

-26 -30 87

1930-41

268.6

5.5

72.9

394.8

12.4

394

-183 -160 87

1942-69

285.4

4.0

74.1

356.3

10.6

370

-26 -80 32

1970-77

240.5

4.0

87.6

374.9

7.1

360

-111 -60 54

1978-90

306.9

4.0

86.1

343.7

1.8

374

+179 +180 99

1900-90

299.0

4.0

76.6

376.6

13.0

388

-234 -160 68

Примечание: Â - степень совпадения между вычисленными и фактическими значениями Dh.


Итак, с высокой достоверностью можно констатировать, что как высокое стояние моря в 1900-1929 годах, так и снижение уровня в 1930-1977 годах и его повышение в 1978-1995 годах обусловлено изменением гидрометеорологических факторов в эти периоды времени. В частности, из табл. 21 следует, что основной причиной падения уровня моря в 1930-1977 годы являлся уменьшение притока речных вод, в то время как подъем после 1978 года в равной степени определялся увеличением материкового стока и снижением испарения. Обращает на себя внимание и тот факт (см. также рис. 26), что основные компоненты, формирующие уровенный режим моря, а именно Qпов, Р и Е, не коррелируют между собой; их временной ход, как правило, имеет разнознаковое направление.

Однако, стопроцентного согласия между фактическими и вычисленными значениями изменения уровня моря нет. Причин тому, значимость которых меняется и в пространстве, и во времени, много.

Как мы уже отмечали, точно определить составляющие водного баланса, особенно, подземного притока и оттока, осадков и испарения, в настоящее время не удается; погрешности определения самих элементов водного баланса и площади моря, естественно, вносят некоторую неопределенность в рассчитанные значения слоя уровня моря.

Балансовое уравнение в том виде, как мы его записали, не учитывает таких природных факторов, как атмосферное давление, сгон-нагон, прилив, сейшевые колебания, температурный (плотностной) режим, потеря воды в дельтах рек ниже замыкающего створа. Изменение, например, давления воздуха на 1 гПа (гектопаскаль) приводит к изменению уровня моря на 1 см слоя, а межсуточная его изменчивость над Каспием в зимний период года может достигать 23 гПа, в летний - 10 гПа [30]. Значителен и среднегодовой размах давления воздуха над разными районами моря; в среднем он составляет 10-12 гПа.

Колоссальное влияние на уровенный режим Каспия оказывает хозяйственная деятельность человека. В какой-то степени основные техногенные факторы учитывает уравнение водного баланса, но точно оценить влияние всей совокупности видов человеческой деятельности не представляется возможным; в настоящее время признается роль антропогенного фактора в видоизменении природы всей нашей планеты. Обсудим основные антропогенные факторы, влияющие на уровень моря.

Режим стока рек бассейна Каспийского моря в начале нынешнего века условно можно считать естественным. В довоенные и первые послевоенные годы уменьшение речного стока происходило за счет агротехнических мероприятий в бассейне и было незначительным; на хозяйственные нужды изымалось не более 5-7 км3 речной воды. Значительному снижению притока речной воды к морю в 50-60-е годы способствовали сооружение и эксплуатация волжско-камских водохранилищ и гидроэлектростанций, а в 70-80-е годы ведущую роль в изъятии речного стока стало играть орошаемое земледелие. В те же годы существенно росло и изъятие речной воды на промышленное и коммунальное водоснабжение. В результате за период 1940-1980 годы море недополучило около 1000 км3 воды, что равноценно перекрытию всех рек, впадающих в Каспийское море, в продолжении 3-4 лет. И именно на эти годы, когда антропогенные факторы стали соизмеримыми с климатическими, приходятся наибольшие невязки водного баланса с уровнем моря (см. табл. 18). В наши дни объем безвозвратного водопотребления в среднем оценивается в 30-40 км3 в год, причем более 70% всех изъятий приходится на волжский сток [30, 49].

Из этих данных нетрудно сделать два вывода. Первый. Если бы доантропогенные условия (условия, характеризующие сток рек до 1940 года) сохранились бы до наших дней, то уровень Каспийского моря был бы выше фактической отметки, по меньшей мере, на 1.5 метра и трансгрессия начался бы в 1955-1960-х годах. Второй. Учет безвозвратных потерь речного стока в уравнении водного баланса дает почти стопроцентное совпадение между фактическими и вычисленными значениями уровня моря.

Зарегулирование рек изменило также параметры твердого стока, заполняющего котловину Каспия. Однако, роль этого фактора весьма незначительна; заполнение котловины моря донными отложениями приводит к повышению уровня слоя воды в среднем со скоростью 0.2-0.5 мм в год. Но, с другой стороны, зарегулирование рек привело к изменению контура береговой линии за счет роста абразионного разрушения.

Человек своей деятельностью буквально за 2-3 десятилетия радикально изменил огромные площади бассейна Каспийского моря и его побережья. По берегам практически всех рек вырублены леса, осушены старицы и болота, распаханы луга, построены города, проложены дороги. Огромные территории, своей растительностью удерживавшие влагу и игравшие роль естественных насосов, превращены в голую поверхность, с которой дождевая и талая вода стекает почти не задерживаясь. Да и сами реки, та же Волга, уже не реки в обычном смысле слова, а цепь искусственных озер-водохранилищ. Иными словами, гидрологический режим большей части бассейна нарушен, что, несомненно, отражается на уровне грунтовых и подпочвенных вод, испарении и транспирации.

К значимому фактору, созданному человеком, следует отнести и покрытие водной поверхности нефтяной пленкой. При толщине всего в один миллиметр нефтяная пленка уменьшает количество испаряемой воды в 70-80 раз. Учитывая высокий уровень загрязнения моря нефтью как за счет выноса речными водами, так и за счет непосредственного розлива морским транспортом и буровыми скважинами во время нефтедобычи, можно сказать, что человек постепенно превращает Каспийское море в “резиновый мешок”, в который реки закачивают воду. Если предположить, что нефтяная пленка снижает испарение морских вод на 3%, то приращение уровня за последние тридцать лет за счет только этого фактора составит около одного метра. Очевидно также, что роль “нефтяного” фактора в изменении уровня моря будет расти по мере развития нефтедобычи на его акватории.

Немаловажным антропегенным фактором является также и глобальное повышение температуры на земном шаре за счет выброса углекислоты и других парниковых газов. За истекшее столетие средняя годовая температура приземного воздуха в районе Махачкалы повысилась на 0,6-0,8 ОС, а морской воды - на 0,3-0,5 ОС [30]. Ожидается, что температура на планете будет повышаться на 0.3 ОС каждые 10 лет и к 2025 году в среднем возрастет на 1 ОС. По расчетам такое потепление климата вызовет продолжительное повышение (за счет теплового расширения) уровня Каспия, которое к 2050 году достигнет 1.5 метров по отношению к уровню 2000 года [58].

И, наконец, при использовании балансового уравнения нужно иметь в виду, что само понятие “уровень Каспийского моря” является весьма условным понятием. Орографические особенности различных частей моря, пространственная протяженность Каспия по меридиану, неравномерное расположение уровенных постов на побережье, тектоническое перемещение футштоков по вертикали, локальные перепады температуры, давления, плотности вносят свои неточности в абсолютные значения уровня моря.

С учетом сказанного, 70-75%-ное совпадение между фактическими значениями уровня моря и вычисленными (см. табл. 21), можно считать превосходным. Все другие факторы, влияющие на уровень моря (та же тектоника, которая всегда присутствует), являются либо пренебрежимо малыми, либо имеют разнонаправленный характер, вследствие чего их суммарный эффект становится близким к нулю. В лучшем случае их учет может повысить точность расчета приращения водного слоя моря, выполненного с помощью балансового уравнения, на несколько единиц или доли процента.

Вопрос о точности выполнения балансового уравнения, возможно, не заслуживал бы того, чтобы на нем остановиться так подробно, если бы не одно, имеющее принципиально важное значение, обстоятельство. Дело в том, что для многих исследователей отмеченные выше невязки между вычисленными и экспериментальными значениями уровня моря, вызванные математической незавершенностью уравнения водного баланса, послужили основой для выдвижения новых гипотез об уровенном режиме Каспия. Недостатка в них нет и на первый взгляд все они правдоподобны. Нынешнее повышение уровня Каспийского моря объясняется:

1) протеканием глубинных тектонических процессов, вызывающих изменение ложа (котловины) моря [30];

2) подпиткой моря глубинными напорными водами, проникающими через тектонические трещины дна [77];

3) увеличением подземного стока в море со стороны сопредельных территорий, обусловленное вскрытием гидродинамических зон под дном моря буровыми скважинами [33];

4) выжиманием из тектонических пластов водной массы за счет субгоризонтальных процессов “сжатия-растяжения” блоков земной коры [78];

5) перетоком воды из Аральского моря в Каспийское по гидрогеологической “трубе” [5];

6) снижением испарения морских вод в результате “накрывания моря влажным покрывалом”, созданным испаряемой с орошаемых земель влагой [51];

7) сменой геодинамического режима дна моря из-за прекращения заполнения Средне-Каспийской впадины донными наносами [29];

8) автоволновыми колебаниями литосферы [13];

9) выгибанием или прогибанием Кавказского хребта [69];

10) переносом аральской пыли и солей в сторону Каспия, где они увеличивают осадки и уменьшают испарение [75];

11) флуктуацией энергии в бассейне моря [1];

12) изменением емкости котловины вследствие накопления твердых осадков [66];

13) совпадением фаз сезонных и тектонических колебаний [55];

14) стеканием вод в Каспий по подземным каналам с гор Северного Кавказа [48];

15) интенсивной разгрузкой в Каспий напорных вод вследствие ядерных взрывов на Мангышлаке [34];

16) перетоком фильтрационных вод Амударьи в Каспийское море по руслу Узбоя [54];

17) противофазным осушением-наполнением сообщающейся системы Арал-Каспий [53];

18) вариациями температуры экваториального Тихого океана, связанными, в свою очередь, с поведением Эль-Ниньо [20].

По всей вероятности, это - далеко не полный перечень существующих гипотез; мы процитировали только известные нам.

Мы не будем здесь обсуждать эти гипотезы, поскольку сегодня нет веских научно обоснованных доказательств опровергнуть их, равно как и нет веских научно обоснованных доказательств принять их. А потому нет и предмета дискуссии. На это они и рассчитаны, и сам факт существования столь разнообразных и разноречивых гипотез свидетельствует о шаткости их научных позиций. А почему бы и не выкинуть какую-нибудь сумасбродную идею, когда так называемый Российский фонд фундаментальных исследований (РФФИ) финансирует таковое? Будем объективны: в российской фундаментальной науке сейчас шуруют проходимцы. Нетрудно, однако, заметить, что главной “разменной монетой” в объяснении невязки водного баланса Каспийского моря стал тот компонент водного баланса, который не поддается прямому измерению - подземный приток. Спор лишь в том, откуда он - то ли с Кавказских гор, то ли со среднеазиатских песков, то ли из тектонических пластов.

Здесь к месту будет приведен один из афоризмов академика Л.А.Арцимовича: “Вдоль столбовой дороги прогресса наука расставила величественные памятники незрелым идеям”. Немало "величественных памятников" расставила наука и вокруг Каспия; незрелые, недоказуемые научные идеи об уровенном режиме Каспия представляют огромную потенциальную опасность - направляя решение проблемы по ложному пути, они наносят огромный материальный ущерб прикаспийским государствам.

7.2. Итоги последней трансгрессии

С 1978 по 1995 год уровень Каспийского моря повысился примерно на 2.5 метра (рис. 24). Этот подъем вызвал целый ряд негативных моментов (рис. 27), многие из которых имели трагические последствия для тысяч людей [14, 15, 16, 17, 23, 44, 60].

На Российском побережье Каспия на площади более 1 млн га нарушились нормальные условия проживания и хозяйственной деятельности, затопились 280 тысяч га сельхозугодий, вывелись из землепользования 320 тысяч га ценных земель, активизировались эрозионно-миграционные процессы русел рек, абразии берегов и нагонные явления, в прибрежной полосе повсеместно повысился уровень грунтовых вод, возникла опасность потери устойчивости фундаментов зданий и сооружений, возросла расчетная сейсмичность зданий на части территории с 7 до 9 баллов, ухудшились санитарно-эпидемиологическая и медико-биологическая обстановка, прогрессируют засоление и гидроморфизация почв, ухудшается качество питьевой воды, расширяются очаги инфекционных, кожно-аллергических и других болезней, ухудшились рекреационные показатели побережья, разрушились коммуникационные объекты и объекты инфраструктуры... Все это так. Но слухи о катастрофе оказались сильно преувеличенными.

По характеру влияния повышения уровня моря Дагестанское побережье делится на два участка: северная приморская зона, лежащая между устьями рек Кума и Кривая Балка (примерно 390 км), где преобладают затопление и подтопление низменных территорий, а также расширение затапливаемых нагоной волной площадей и южная приморская зона, лежащщая между устьями рек Кривая Балка и Самур (примерно 200 км), где преобладают абразионные процессы.

Рис. 27. Последствия повышения уровня Каспийского моря

Интегрально итоги последней трансгрессии Каспийского моря можно подытожить следующим образом. Нынешний уровень моря соответствует отметкам начала 40-х годов, и практически все что успел создать человек за период с 1940 по1985 годы на присвоенной им территории, поглотило море; экономический ущерб России оценивается в 1 млрд долларов [44].

Теперь зададимся вопросом: что же привело к таким последствиям?

Каспийское море миллионы лет жило по своим, не подвластным человеку законам. В течение последних ста лет прослеживалась (см. рис. 24) общая тенденция (за исключением небольших спорадических регрессивных и трансгрессивных процессов) снижения его уровня. За этот период у людей сложилось устойчивое мнение о “высыхании” Каспия. И, проигнорировав законы природы, убежденный в своей безнаказанности, двинулся человек за отступающим морем со своими постройками, заводами, дорогами, коммуникациями, пашнями, пастбищами, здравницами, присваивая и осваивая все новые и новые территории; к началу трансгресии практически все отрасли народно-хозяйственного комплекса Каспийского региона были приспособлены к отметке моря -28.5 м.

Отсюда вытекает чрезвычайно важный для нас вывод: все те катастрофические последствия, о которых так много говорят и пишут в последние годы, были заранее запланированы. Начавшееся в 1930 году резкое снижение уровня моря многих повергло в шоковое состояние, и в этом шоковом состоянии, основываясь на незрелых научных идеях, ученые кинулись прогнозировать дальнейшее снижение уровня Каспия и его катастрофические последствия, а хозяйственники, напуганные научной истерией, бросились разрабатывать экстренные мероприятия защиты моря от высихания.

Но урок не пошел впрок; в скором времени все повторилось с точностью “до наоборот”. Начавшийся в 1978 году подъем уровня моря поверг уже других в шоковое состояние, и в этом шоковом состоянии, основываясь на незрелых научных идеях, ученые кинулись прогнозировать дальнейшее повышение уровня Каспия и его катастрофические последствия, а хозяйственники, напуганные научной истерией, бросились разрабатывать экстренные мероприятия защиты от наступающего моря.

7.3. Прогнозируем ли уровень Каспия?

Чтобы избежать лишних дискуссий, с самого начала подчеркнем, что мы отнюдь не собираемся оспаривать научное и прикладное значение проблемы долгосрочного прогноза уровня Каспийского моря и мы очень далеки от мысли как-то принизить значение работ в этой области. Дело в другом - в нравственной чистоплотности ученого в науке и в этической чистоплотности подачи научного материала обществу; отдельные теперешние ученые умело прикрывают свои корыстные интересы интересами науки, а социально-экономические катаклизмы, которые претерпела прибрежня зона Каспия в связи с последней трансгрессией, увязывают с отсутствием долгосрочного прогноза колебания уровня моря, упорно убеждая общество в том, что как-только они дадут этот прогноз, так сразу и кончатся все наши беды.

Попытаемся разобраться в этих запутанных вопросах.

В научном плане проблема прогноза уровня Каспийского моря имеет более полувековую историю, начиная с работ академика Л.С.Берга [10]. Специфическая черта этой проблемы заключается в том, что в периоды повышения или понижения уровня моря научный интерес к ней вспыхивает, а в периоды стабилизации - угасает.

Когда речь заходит о прогнозе уровня Каспия, прежде всего возникает вопрос: с какой заблаговременностью необходимо прогнозировать наступление трасгрессивных-регрессивных фаз моря, чтобы можно было как-то учесть их влияние на развитие тех или иных отраслей народного хозяйства прибрежной зоны?

По этому признаку научно-технические прогнозы подразделяются на оперативные - до 3 месяцев, краткосрочные - до 1 года, среднесрочные - на 1-5 лет, долгосрочные - на 5-20 лет и сверхдолгосрочные - более чем на 20 лет. Выбор прогноза главным образом определяется темпами развития прогнозируемого явления. Применительно к уровню Каспийского моря прогноз на ближайшие год-два в практическом плане ничего не дает; море наступает или отступает в среднем со скоростью 5-15 см в год, и изменение его уровня на указанную величину значимо не сказывается на развитии отдельных отраслей народного хозяйства. Даже если и сказывается, то за такой короткий промежуток времени не возможно переориентировать народное хозяйство. Обычно же для успешного планирования развития народного хозяйства в прибрежной зоне Каспия заблаговременность прогноза уровня моря на 10-20 лет считается достаточной.

Подойдем к этому вопросу несколько с иной точки зрения.

Как уже отмечалось, в прошлом неоднократно наблюдались периоды, в течение которых уровень Каспийского моря был существенно выше или ниже современных отметок. Для времени, охватываемого рис. 23, можно выделить 38 естественных климатических периодов (ЕКП), из которых 15 ЕКП характеризуются монотонным ростом уровня, 15 ЕКП - монотонным падением уровня и 8 ЕКП - стоянием уровня в пределах одного метра [21, 58]. Продолжительности этих естественно климатических (синоптических) периодов приведены в табл. 22.

Таблица 22. Характеристики естественных климатических периодов изменения уровня Каспийского моря с начала нашей эры

Характерис­тика ЕКП

Число ЕКП

Продолжительность ЕКП, годы

средняя максимальная минимальная

Повышение

15

53 100 40

Падение

15

54 80 40

Стояние

8

46 60 40


Из этой таблицы видно, что средняя продолжительность периодов стояния, роста и падения уровня Каспия немногим превышает 50 лет. Следовательно, заблаговременность прогноза изменения уровня моря должна составить как минимум 50 лет и этот прогноз должен ответить на вопрос: можно ли осваивать (например, построить дороги, заводы, жилье) ту или иную прибрежную зону Каспия без риска ее потери через 50 лет? Такая заблаговременность оправдана еще и тем, что плодами труда предыдущего поколения людей, должно успеть воспользоваться хотя бы одно последующее поколение. В противном случае прогресса, как такового, не будет.

Все эти рассуждения имеют, однако, силу только в том случае, если мы сумеем ответить на вопрос: позволяет ли современная наука с какой-то заданной достоверностью прогнозировать уровень Каспийского моря на ближайшие 50 лет?

Отвечая на этот вопрос, первым делом надо вспомнить о том, что еще совсем недавно (всего 15-20 лет назад) ученые дружно прогнозировали снижение уровня моря к 2000 году до отметки -30...-32 м [11, 26, 44, 49]. Воззрение о том, что Каспий “высыхает” было до такой степени установлено, что оно было официально закреплено решением специальной сессии АН СССР [66] и нашло отражение в постановлениях XXVI съезда КПСС. И именно этот прогноз послужил теоретической базой для: а) разработки проекта переброски северных рек в бассейн Каспия; б) перекрытия пролива Кара-Богаз-Гол глухой дамбой; в) приспособления всех отраслей народнохозяйственного комплекса Каспийского региона к отметке -28.5 м. И именно благодаря этому прогнозу все, что успел создать человек до 1985 года в прибрежной зоне Каспийского моря, ушло прахом.

В этом самом месте оппоненты могут возразить, что были мол и весьма точные прогнозы о повышении уровня моря. Да были, и задним числом каждый считает своим долгом вспомнить прогнозы А. Афанасьева [9], К. Смирновой [71], М. Эйгенсона [79], великолепно предсказавшие повышение уровня моря. Но, во-первых, таких прогнозов было считанное число и они “тонули в море” прогнозов о понижении уровня Каспия. И, во-вторых, и это главное, научная основа этих оправдавшихся прогнозов мало чем отличалась от научной основы тех неоправдавшихся прогнозов, которые привели к известным последствиям. В противном случае, и ученые, и хозяйственники, и Академия наук Советского Союза следовали бы этим “правильным” прогнозам.

Сегодня, а если быть более точным то, начиная примерно с 1985-1986 годов, когда уровень Каспийского моря начал устойчиво повышаться, как из рога изобилия посыпались прогнозы о дальнейшем его повышении. Некоторые из них обобщены в табл. 23.

Подавляющее большинство ученых сходится в том, что подъем уровня Каспия продлится до 2010-2020 годов, и подавляющее большинсто ученых классифицирует это явление, как катастрофическое. Серьезные разногласия существуют, однако, по абсолютной отметке уровня; расхождения между прогностическими оценками достигают 11 метров. Но есть и фантастические прогнозы. М. Шахрай [77], например, предсказывает, что со временем Каспий воссоединится с Черным морем с образованием нового, пятого океана на нашей планете. А это означает, что уровень Каспия поднимется ни мало, ни много на 25-26 метров.

Таблица 23. Прогнозируемый уровень Каспийского моря

Год

Уровень моря, м

Источник

2005

-26

Г. Рычагов [66]

2005

-25,6

М. Кривошей [54]

2006

-25

Р.Клиге [51]

2005-2010

-20

Б. Голубов [33]

2005-2010

-29...-31

И.Зонн [44]

2010

-25,5

Р.Клиге [51]

2010

-25

Е.Мухина и др. [61]

2010

-22

Ф.Закиев, М.Петров [39]

2010

-25

Г. Рычагов [66]

2010

-25,5

В.Малинин [58]

2010

-25,7

Н.Сидоренко [70]

2020

-22

Б. Арламадхан [4]

2020

-24

И.Зонн [44]

2020

-25,4...-25,0

В.Малинин [58]

2020

-24.9

А.Алишаев, М.Лагиева [6]

2035

-21

Е.Мухина и др. [61]


Излишне говорить, что каждый автор претендует на “научную” обоснованность своего прогноза, и каждый из них считает правым только себя. Впрочем, один из авторов предоставляет нам самим оценить степень научности этих прогнозов: “Я уверен, что Каспий будет подниматься до отметки -22 метра. По какой причине это произойдет, я не могу судить” [77]. И вполне возможно, что среди этих прогнозов найдется и такой, который точно предскажет уровень моря в двухтысяча таком-то году, как и нашелся прогноз точно предсказавший уровень в 1980-1990 годах. Но беда в том, что нам суждено узнать имя автора только в двухтысяча таком-то году. Не раньше. А еще большая беда заключается в том, что точно с такой же вероятностью можно утверждать, что ни один прогноз не подтвердится в двухтысяча таком-то году.

Закономерен вопрос: как же получены цифры, приведенные в таблице 23?

Существует несколько подходов к прогнозу уровня Каспия. Разобраться в них довольно сложно, ибо они завуалированы научными и математическими выкладками. Но если отбросить все наносное, то они выглядать так.

Первый подход - экстраполяционный. Его суть сводится к умножению среднегодового приращения слоя воды на количество прогнозируемых лет. Для примера представим, что мы живем в 1985 году. Нам достоверно известно (мы уже подчеркивали, прогнозировать начали только после устойчивого повышения уровня), что уровень моря к тому времени с 1978 года повысился на 1.1 метра. Среднегодовое приращение слоя воды составит 15,7 см. Теперь эту величину умножаем на количество прогнозируемых лет. Пусть на 25 лет. Получим 3.9 метра. Округлив эту цифру и прибавив ее к уровню 1984 года, спрогнозируем, что уровень Каспийского моря к 2010 году составит -24 м. И такой прогноз, как это следует из табл. 23, может занять достойное место среди анналов “научных” прогнозов. Попутно заметим, что особо дальновидные ученые на основе того, что в 1996 году уровень моря снизился примерно на 20 см, уже начали экстраполировать это снижение на 2005-2010 годы (см. табл. 23).

Второй подход - палеогеографический. Межвековой (рис. 23) или межгодовой (рис. 24) ход уровня моря опишем произвольной математической функцией (современная вычислительная техника позволяет сделать это довольно легко) и эту функцию экстраполируем в будущее. Этот метод очень “богат” возможностями подгонки. Если, к примеру, вычисленная для 2010 года отметка уровня окажется равной -15 метрам, то никто не поверит, поскольку она резко отличается от предреченной другими авторами (см. табл. 23). Поэтому разными математическими “рычагами” приводят эту цифру к “разумной” величине. Эти тонкости мы опустим, но подчеркнем, что палеогеографический подход в корне противоречит основному закону Природы, который гласит: эволюционное развитие Земли имеет одностороннее направление - от прошлого через настоящее в будущее. Это означает, что к прошлому возврата нет. Так, геологические условия формирования изолированного бассейна Каспийского моря или климатические условия прошлого никогда не повторятся на нашей планете, и эти условия ни коим образом нельзя экстраполировать в будущее.

Третий подход - косвенный. Колебание уровня моря, как это видно из рис. 23, носит некий квазипериодический характер. Поэтому полагают, что между колебанием уровня моря и внешними (космическими) квазипериодическими силами (солнечная активность, индексы атмосферной циркуляции, долгопериодные приливы, нутация полюса, изменение скорости вращения Земли и др.) существует некая корреляционная связь. Из этой серии прогнозов одним из удачных оказался прогноз А.Афанасьева [9]. Но парадокс заключается в том, что абсолютно неверно спрогнозированные периоды солнечной активности дали тенденцию хода уровня моря, качественно согласующуюся с фактическим. Еще более парадоксальным оказалось то, что разные квазипериодические силы дают диаметрально противоположный ход прогностических оценок уровня моря. Например. Прогноз по восточному индексу атмосферной циркуляции показал, что в среднем за 1976-1993 годы уровень моря должен быть ниже на 1,7 метра по сравнению с уровнем 1958-1971 годов, а по солнечной активности (по числам Вольфа) уровень моря за 1976-1986 годы должен быть почти на 2 м выше среднего за 1965-1975 годов уровня [58]. Отсюда следует, что установление связи между уровнем моря и внешними факторами не находит физического обоснования. Естественно, случайное совпадение вовсе не исключено - солнечно-земных связей немыслимое множество.

Так как косвенный подход к прогнозу уровня Каспия является наиболее популярным, то выскажем еще несколько замечаний по этому методу.

1). Статистика в “умелых” руках может поддержать любую выдвинутую научную гипотезу. Так, желая получить корреляционные связи между уровнем моря и внешними параметрами любым путем, исследователи используют так называемый прием “сглаживания рядов”. Этот математический прием неизбежно приводит к высокой корреляции даже тогда, когда истинная корреляция равна нулю. Такую корреляцию следует назвать ложной, ибо она приводит к ложным выводам.

2). Как было показано выше, изменение равновесного уровня моря в ту или другую сторону может быть вызвано изменением только одной компоненты водного баланса. Климатическая же ситуация, приводящая к уменьшению одной компоненты, может привести к увеличению другой компоненты (см. рис. 26); из-за разнознаковости компоненты баланса могут влиять на уровень моря как в режиме сложения, так и в режиме вычитания.

3). В природе действительно наблюдаются ритмы, но они мало изучены и строгой периодичности в них нет. При этом одни циклы наслаиваются на другие, а внутри самих циклов часто наблюдаются флуктуации. Иными словами, природные циклы не четко детерминированы во времени. Поэтому и добавляют приставку “квази”, что означает “как будто бы”. Математическое увязывание двух квазипараметров возводит слова “как будто бы” в квадрат.

4). Многие природные квазипериодные силы (космические ритмы) не предсказуемы, что делает их использование для прогноза другого квазипериодного параметра (уровня моря) совершенно бессмысленным. Так, например, однозначно установлено, что усиление североатлантической циркуляции приводит к падению уровня моря, но эта циркуляция на современном уровне развития науки не поддается долгосрочному прогнозу.

5). Многие процессы на Земле действительно подвержены влиянию Космоса. Но это вовсе не означает, что ритмика земных процессов должна совпадать с космической ритмикой. Любую систему биосферы формируют не только внешние факторы, но и внутренние, которые блокируют, преломляют, ослабляют космические воздействия частично или даже полностью. Поэтому из признания, например, существования циклов солнечной активности с интервалами в 1850, 600, 400, 178, 169, 88, 83, 33, 22, 16.1, 11.5 (11.1), 6.5, и 4.3 года [65] вовссе не следует, что подразделения биосферы (в том числе и Каспийское море) должны реагировать на изменения солнечной активности с той же цикличностью.

Четвертый подход - вероятностный. Подход основан на постулировании целого ряда допущений и из самого названия следует, что он не дает однозначной оценки уровня. Вероятностный метод приводит к такому большому расхождению, при котором его использование теряет всякий практический смысл. Так, расхождение между доверительными границами прогнозируемого к 2025 году уровня моря достигает 3,5 м [58].

Обязательным атрибутом любого научного прогноза являеться его достоверность. Погрешность прогноза, как правило, возрастает обратно пропорционально квадрату заблаговременности. Если, к примеру, точность прогноза на 1 год равна 100%, то на 10 лет она составляет всего 1%. Оценивая же точность современных методов прогноза уровня Каспийского моря, следует особо обратить внимание на следующее обстоятельство. За истекшие 170 лет фактический размах колебания уровня Каспийского моря составил 3,7 м: от -29.0 м до -25.3 м (рис. 24). Размах же прогнозируемого на 2010 год уровня моря достигает 11 метров: от -20 м до - 31 м (табл. 23). Спрашивается: кому и зачем нужны такие прогнозы?

Оказывается, очень даже нужны - эти прогнозы служат “научной” базой грандиозных проектов, а поскольку каждое ведомство имеет свой интерес на реализацию того или иного проекта, то оно приноравливается под удобный для себя прогноз, а если такового нет, то заказывает его. По существу, проблема прогноза уровня Каспийского моря сведена к обслуживанию ведомственных интересов, а такая наука, как известно, не может быть объективной.

О проектах мы поговорим ниже, а здесь же поставим вопрос ребром: а все таки, можно ли хоть с какой-то достоверностью прогнозировать уровень Каспийского моря?

Как следует из водного баланса Каспийского моря, прогноз его уровня связан с долгосрочным прогнозом как региональных, так и глобальных климатических условий, оказывающих сложное влияние на ситуации формирования и многолетнюю изменчивость составляющих водного баланса. Каспийское море находится в зоне постоянного воздействия холодных полярных воздушных масс, влажных морских, формирующихся над Атлантикой, сухих континентальных из Казахстана, теплых субтропических масс воздуха, приходящих со Средиземного моря и Ирана. В научной литературе описано несколько классификаций синоптических процессов, определяющих погоду Кавказа и Каспийского моря. Одна из них, в которой подразделение на типы осуществлено в зависимости от траектории планетарных барических образований, приведена на рис. 28.

Такая типизация выделяет 8 типов синоптических процессов, оказывающих непосредственное влияние на погоду в районе Каспийского моря, пять из которых являются крупномасштабными: I - азорский антициклон; II - скандинавские антициклоны; III - карские антициклоны; IV - юго-западная периферия антициклона; V - циклоническая деятельность. При этом ясно выраженных и продолжительных антициклонических процессов на Каспии не бывают. Они - стохастические (вероятностные, случайные) процессы, процессы, характер изменения которых во времени точно предсказать невозможно. На современном этапе развития науки и речи не может быть о достоверном прогнозе глобального и регионального климата с заблаговременностью десятки лет. Легко и просто можно объяснить, почему произошла трансгрессия или регрессия Каспийского моря, но только после установления факта изменения уровня моря.

Рис. 28. Типизация атмосферных процессов, определяющих погоду Кавказа и Каспийского моря [59]

Рис. 28. Типизация атмосферных процессов, определяющих погоду Кавказа и Каспийского моря [59]

Так, например, нынешнее повышение уровня Каспийского моря, главным образом, вызвано изменениями, произошедшими в циркуляции атмосферы: начиная с 1972 года циклоны с Атлантики и из Западной Европы стали приносить в Каспийский регион на 30-35% и 15-20% больше воды, а их число увеличилось на 50% и 30%, соответственно [58, 70]. Но мы не можем до установления факта изменения уровня моря научно обоснованно прогнозировать, когда именно произойдет следующая трансгрессия или регрессия Каспийского моря, ибо не можем научно обоснованно прогнозировать, когда именно произойдут следующие изменения в циклонической деятельности атмосферы и как они отразятся на состовляющих водного баланса. Если говорить попроще, в проблеме прогноза уровня моря мы идем спиной вперед; видим свои следы, но не видим, что впереди.

Задачу прогоноза уровня Каспия можно существенно упростить. В приходной части водного баланса моря речной сток составляет 75-85% (табл. 18), в том числе, на долю волжского стока приходится в среднем 65%. Поэтому для прогноза уровня моря, хотя бы для предсказания смены трансгрессивно-регрессивных фаз, было бы достаточно иметь долгосрочный прогноз стока Волги. Такие попытки были предприняты [58], но и они не привели к сколь-нибудь значительному успеху. Как признается сам автор, “задачу прогноза уровня моря с заблаговременностью до 1 года можно считать принципиально решенной”. Что же касается прогноза с заблаговременностью больше одного года, то рассчитанные прогностические оценки ничем не отличаются от других подходов (см. табл. 23).

Стало быть, в проблеме прогноза уровня Каспийского моря мы должны четко определиться: что является причиной, а что следствием. Если мы признаем, что изменение уровня Каспийского моря является следствием изменения климата, то сначала нам нужно научиться прогнозировать климат.

... От атомной гипотезы строения вещества до физической модели атома человечество проделало путь равный 2300 годам. Очень долгий путь предстоит проделать и от климатической гипотезы уровенного режима Каспийского моря до “физической модели климата”. И по преодолении этого пути проблема прогноза уровня Каспийского моря решится сама собой, автоматически. При этом особо подчеркнем, что в иерархии задач, решаемых человечеством с решением проблемы прогноза климата, прогноз уровня Каспия - далеко не главная. А пока же надо предельно честно заявить: накопленная человечеством к настоящему времени сумма знаний не позволяет надежно прогнозировать уровень Каспийского моря ни на ближнюю, ни на дальнюю перспективу. Все диспуты на эту тему бесполезны, бесплодны, спекулятивны, умозрительны, а существующие прогнозы, основанные на "сырых" научных идеях, наносят огромный вред. Опираясь на такие прогнозы, кем только не выступал человек по отношению к Каспийскому морю: то он “покорял” его, то “спасал”, теперь “защищается” от Каспия.

7.4. От “спасения моря” к “спасению от моря”

Из “моря” популярной литературы эпохи “спасения моря” приведем цитату из доступного всем источника [36]: “...С 1939 по 1951 г. уровень моря упал на 2.3 м. Обмеление Каспия приносит ущерб народному хозяйству. В 2.5 раза снизился улов рыбы. Стало труднее плавать на многотонных кораблях. Грузы приходится возить на мелкосидящих небольших судах. Зимой нефтяные танкеры с трудом подходят к морским промыслам, так как вокруг них образовались рифы и мели... Бороться против обмеления Каспию помогут далекие, но полноводные реки севера - Печора и Вычегда. Будут сооружены три плотины. Плотины повернут на юг воды Печоры и Вычегды, они разольются и образуют три огромных водохранилища. Их общая длина будет 161 км, а общая площадь - 15,5 тыс. км2. Каспий начнет обновленную жизнь. Ежегодно он будет получать около 41 км3 воды. Затраты на эти преобразования быстро окупятся... Так советские люди улучшают и исправляют природу”. Процитируем еще одну научную статью тех лет [11]: "К 1990 году, когда будет введена в действии первая очередь переброски (25-35 км3/год), уровень Каспия снизится до отметки -29.5 м. К 2000 году восстановить средний уровень моря 1975 года (-28.75 м) не представляется возможным". И автор делает вывод: объем переброски Северных рек необходимо доводить к 1995 году до 50-60 км3/год.

Поистине сказочными были и проекты переброса части стока западносибирских рек - Тобола, Ишима, Иртыша, Оби - в Приаралье и в Арало-Каспийскую низменность с целью “отвоевывания у природы новых орошаемых площадей для сельского хозяйства” и строительства канала Дунай-Каспий “для подпитки мелеющего Каспия дунайскими водами” [26]. Во имя “спасения” Каспийского моря были разработаны (рис. 29) также проекты соединения Каспийского моря с Азовским; отторжения северо-восточных мелководий моря (как тогда говорили "испаряющей поверхности"); отчленения всего Северного Каспия от остальной части моря с помощью 380-километровой дамбы для поддержания уровня Северного Каспия на отметке -28.5 м (солевой режим Северного Каспия предполагалось поддерживать путем перекачки через дамбу соленых вод из Среднего Каспия, а для судоходства предусматривались шлюзы); подпитки Каспия водами Черного моря [7, 27, 37, 61].

Рис. 29. Схема канала Черное море - Каспий.  1 - трасса канала; 2, 3 - оградительные дамбы.

Рис. 29. Схема канала Черное море - Каспий.
1 - трасса канала; 2, 3 - оградительные дамбы.

Улучшить и исправить природу с помощью этих и им подобных проектов тогда, слава Богу, не успели (помешало само море), но подправить кое-что все-таки смогли - о трагедии Кара-Богаз-Гола мы говорили выше. И не прислушались преобразователи природы к поэту:

Ученый муж качает головой,
Поэт грустит, писатель сожалеет,
Что Каспий от черты береговой
С годами отступает и мелеет.
Мне кажется порой, что это чушь,
Что старый Каспий обмелеть не может,
Процесс мельчанья некоторых душ
Меня гораздо более тревожит.
/Р. Гамзатов/

Коротка память человека. Не освоил он жестокий урок природы. И процесс мельчанья некоторых душ продолжается; те же ученые, которые предвещали катастрофические последствия от понижения уровня Каспия, стали пророчить катастрофические посдледствия от повышения уровня моря, и те же ученые сегодня с еще большим рвением взялись улучшать и исправлять природу, но ... в диаметрально противоположном направлении. И конечно же, все проекты “спасения от моря”, как и все проекты “спасения моря”, научно обоснованы, экономически выгодны, и все они “на благо человека”.

Один из самых захватывающих проектов “спасения от моря” был предложен в 1987 году академиком Ю.Израэлем [23]: перекачать лишних 40 км3 каспийских вод из Северного Каспия по 450-ти километровому каналу в Аральское море. В комплекс сооружений входит строительство крупной атомной электростанции для обеспечения работы насосных станций, необходимых для подъема каспийской воды до гипсометрического уровня Арала, то есть на 80-90 метров. Вызывет недоумение то, что Комитет по водным ресурсам Казахстана до сих пор поддерживает этот проект.

Казахстанские ученые, в пику проекту переброски северных рек в Волгу, разработали проект переброски части стока Волги в Аральское море по каналу Волга-Арал [44]. Исходя из своей гипотезы подъема уровня Каспия за счет перетока воды из Арала в Каспий, И.Алклычев предлагает тампонировать гидрогеологическую “трубу”, соединяющую эти водоемы [5].

Из этой же серии можно назвать и более мелкие проекты: изъятие из стока Волги до 7 км3 воды в год путем строительства каналов Волго-Дон II, Волга-Чограй, Волга-Урал; целенаправленное развитие орошаемого земледелия в бассейне моря; построение компенсационных водохранилищ в бассейнах рек Каспийского моря; более широкое использование опресненной морской воды в хозяйственных целях и т.д., и т.п. Остается радоваться тому, что не предлагается засыпать Каспийское море.

Едва ли целесообразно обсуждать здесь детально все проекты (дело в прошлом), но по двум причинам несколько слов необходимо сказать о канале Волга-Чограй. Во-первых, некоторые дагестанские ученые до сих пор считают [46, 76] его отклонение делом рук экологов, нанесшим большой вред Дагестану и, во-вторых, на этом примере продемонстрируем, как авторы подобных проектов оболванивают общественность.

Если прислушаться только к проектировщикам, то от канала Волга-Чограй польза великая, но при ближайшем рассмотрении проекта вскрывается вред великий. Тщательная аэрокосмическая экспертиза этого проекта выявила [24]: 1) отчуждение пастбищ под гидромелиоративное строительство привело бы к потере 170 тысяч тонн потенциальных кормов, что сопоставимо с объемом продукции, которую предполагалось получить с орошаемых полей ценой громадных затрат сил и средств; 2) строительство канала привело бы к потере земель на площади 200-300 тысяч га из-за вторичного засоления и подтопления; 3) предполагаемые для орошения массивы в зоне влияния канала находятся на засоленных тяжелых почвах, совершенно не пригодных для орошения; 4) проект не берет во внимание столь много природоохранных мероприятий, учет которых привел бы к повышению стоимости канала в 6 раз.

...И нет ничего страшного в том, что если вдруг Каспийское море вновь начнет мелеть. Быстро, решительно, категорично, напористо все и вся поставят “на попа”: атомную электростанцию заставят качать воду из Арала в Каспий, гидрогеологическую “трубу” растомпонируют, воду по каналам принудят течь в обратном направлении, пресную воду будут солить и сбрасывать в море, целенаправленное орошение сделают нецеленаправленным... Для преобразователей природы не важно повышается ли уровень моря или понижается. Важен сам процесс “преобразования”. И странно, и чудно - авторы подобных проектов находят поддержку в нужных инстанциях.

7.5. Дамба - слово голландское

В серии проектов “спасения от Каспия” Дагестан имеет непосредственное отношение к проектам строительства фронтальной (ограждающей) и локальных (защитных) дамб на побережье Каспия [41, 42, 47, 52, 74]. Поэтому остановимся на них более подробно. Вообще же говоря, проект фронтальной дамбы, разработанного по заказу Совета Министров Дагестана, можно было и не обсуждать, поскольку еще в 1993 году он был отклонен. Нужно отдать должное дагестанским ученым, особенно, экологам, которые, за редким исключением, выступили против его реализации.

Однако, в Дагестане есть и стойкие сторонники идеи строительства глухой фронтальной дамбы вокруг Каспия. В 1995 году М. Исрапилов [45] призывал: “Дамба должна быть построена в короткие сроки и если надо, то и путем мобилизации населения”; вслед за ним М. Шахрай [77] убеждал читателя в необходимости строительства дамбы не только на Северном, но и на Южном побережье Дагестана; авторский коллектив учебника [76] все надежды на обуздание Каспия возлагает на РСНПО “Дагестанберегозащита”; и, конечно же, само это научно-производственное объединение берется “сдержать напор Каспия” с помощью фронтальной дамбы [31, 73].

Вопрос этот заслуживает обсуждения и по той причине, что история наверняка повторится; Каспий еще не раз будет подниматься и опускаться.

Рис. 30. Профиль ограждающей дамбы

Рис. 30. Профиль ограждающей дамбы

В чем же суть проекта? На ватмане (рис. 30) это - сама дамба высотой 4 метра, восьмирядная автомагистраль с бесчисленным количеством мостов и придамбовый коллектор с насосными станциями для перекачки скопившей в коллекторе воды через дамбу в море. Помимо этого проект предусматривает обволование русел рек, оросительных каналов и коллекторов.

Основными положительными качествами дамбы-автострады, “запрограммированными” проектировщиками, являются: а) экономическое развитие юга России путем соединения двух промышленных центров - Махачкалы и Астрахани; б) защита дагестанских земель, пастбищ, садов, населенных пунктов, народно-хозяйственных объектов и объектов инфраструктуры от разрушающего воздействия повышения уровня моря; в) улучшение экологической, санитарной, эпидемиологической обстановки в прибрежной зоне Каспия.

И гордиться есть чем - проект не имеет аналогов ни в отечественной, ни в зарубежной практике. И какие-только доводы не приводят адепты дамбы, и чем-только они не спекулируют: и опытом Нидерландов, и экономическими выгодами, и патриотическими чувствами, и кладбищами предков, и ростом безработицы, и углублением социальной напряженности, и мартовскими нагонами, и глобальным ухудшением здоровья населения, и рентабельностью дамбы, и крупномасштабными экологическими катастрофами... И многие, даже министры, попадаются на эти удочки.

Главным аргументом сторонников фронтальной дамбы является опыт голландцев. Давайте разберемся, как Голландия “покорила” Северное море.

Нидерланды (см. рис. 31) расположены вокруг залива Эйсселмер (на старых картах, Зейдер-зе), который отделен от Северного моря Западно-Фризскими островами и широкой отмелью. Эта естественная преграда в значительной степени защищает залив от проникновения морских штормовых волн.

Плюс к этому голландцы отчленили залив от моря с помощью искусственной дамбы, превратив его в озеро-залив; спокойная вода залива составляет разительный контраст с вечно волнующимися водами Северного моря. И только после надежной защиты залива от приливов, нагонов и высокой волны умные голландцы приступили к отвоевыванию низменных побережий (маршей) и участков дна залива, построив для этого отгораживающие дамбы и плотины далеко в заливе. Около 17 тысяч квадратных километров территории современных Нидерландов расположены ниже уровня моря. Эти земли (польдеры) постоянно подтапливаются морскими водами, поэтому их постоянно осушают с помощью систем каналов и беспрерывно работающих насосов, перекачивающих просочившуюся морскую и скопившуюся поверхностную воду обратно в залив или Северное море.

Теперь сопоставим (см. также рис. 32) физико-географические условия побережья Нидерландов и Дагестана. У них: а) озеро-залив, уровень которого в течение сотен лет изменяется на несколько миллиметров, б) практически полное отсутствие воздействия высокой волны на защитные береговые сооружения, в) многовековой опыт осушения польдеров. У нас: а) озеро-море, уровень которого в течение нескольких лет может измениться на 2-3 и более метров, б) штормовые волны, высота которых достигает в северной части 4, а в южной части - 10 и более метров, в) нулевой опыт осушения польдеров.

Рис. 31. Нидерланды

Рис. 31. Нидерланды

Казалось бы, что любой здравомыслящий человек, просто сравнив эти условия, обязан придти к выводу о бесперспективности строительства вдоль дагестанского побережья Каспийского моря фронтальной дамбы. Но война “за и против” продолжается по сей день, и конца ей не видно. Упрямство сторонников дамбы тем более не понятно, что многие ключевые вопросы в этом проекте остаются открытыми. В частности, гипсометрический уровень основания дамбы (-26 м) и ее высота (4 м) ориентированы на подъем моря до отметки -25 м. Почему именно на эту отметку, а не на отметку -20 м? Ведь и тот и другой прогноз, как было показано в разделе 3, в равной мере “научно” обоснованы. Если вдруг окажется верным прогноз на отметку -20 м, то понимают ли сторонники идеи, что строить (или, как они говорят, наращивать) отгораживающую море от суши дамбу высотой 10-12 м чистейшее безумие? А что, если уровень Каспия вопреки всем прогнозам завтра начнет снижаться?

Это далеко не риторические вопросы. Но вовсе не они послужили главной причиной отклонения проекта и даже не технические или финансовые трудности. Дело в том, что фронтальная дамба не защищает ни пяди нашей земли, ни одного населенного пункта Дагестана, ни метра наших дорог а, напротив, резко ухудшает экологическую обстановку в регионе.

Для Северного Дагестана (см. раздел 7.2) основными негативными последствиями повышения уровня моря являются пассивное затопление низких участков береговой зоны, подпор речных и коллекторных вод, увеличение площади суши, затопляемой при нагонах, и подтопление. Масштабность этих процессов передает рис. 32. Проанализируем как дамба “защищает” нас от этих последствий.

При повышении уровня моря от отметки - 29 м (уровень 1977 года) до отметки -25 м (прогнозируемый уровень) площадь территории, подпадающей в зону затопления, составляет 120 тысяч га. Площадь же территории, занимаемой дамбой-автострадой-коллектором (без учета территории, лежащей между гипсометрическими отметками -26 м и -25 м), составляет более 150 тысяч га. Здесь комментарии излишны.

Далее. Одно из самых пагубных последствий повышения уровня моря это - подтопление, которое идет с некоторым запаздыванием или синхронно повышению уровня моря. Опыт тех же голландцев показывает, что против подтопления дамба совершенно бессильна, ибо морская вода по закону сообщающихся сосудов через мощные песчаные отложения рано или поздно, вопреки конструкторскому ухищрению - “глиняному зубу”, просочиться в задамбовое пространство. Более того, дамба, нарушив естественный гидрологический режим грунтовых, подпочвенных и поверхностных вод, их генетическую связь между собой и с морем, усугубит это явление [15, 18, 28, 80]. А это означает, что строительство дамбы усилит и ускорит деградацию огромной территории Северного Дагестана.

Слепо следуя чужому опыту, проектировщики пытались превратить Северный Дагестан в один огромный польдер с помощью задамбового дренажа и перекачки грунтовых вод через дамбу в море. Но это уже из области и технической, и экономической утопии - стоимость стога сена, выращенного на защищенных таким способом землях, повыситься не в одну тысячу раз.

Рис. 32. Зоны прогнозного затопления и подтопления северной части Дагестанского побережья Каспийского моря [25]  1 - современная береговая линия;  2 - береговая линия в 1977 г.;  3 - граница современного затопления нагонными водами;  4 - граница возможного затопления при подъеме уровня моря до отметки -25 м;  5 - граница возможного подтопления грунтовыми водами при отметке уровня моря -25 м;  6 - железная дорога

Рис. 32. Зоны прогнозного затопления и подтопления северной части Дагестанского побережья Каспийского моря [25]
1 - современная береговая линия;
2 - береговая линия в 1977 г.;
3 - граница современного затопления нагонными водами;
4 - граница возможного затопления при подъеме уровня моря до отметки -25 м;
5 - граница возможного подтопления грунтовыми водами при отметке уровня моря -25 м;
6 - железная дорога

Люди от науки много сделали и для того, чтобы у людей простых сложилось мнение о том, что штормовой нагон приносит только вред. Сколько, например, сказано об экономическом ущербе, якобы нанесенном мартовским нагоном 1995 года [19, 25, 44, 45, 48, 72]. Не одну сотню страниц посвятили “доказательству” вреда нагонов и авторы проекта фронтальной дамбы. В этом вопросе есть определеное недопонимание сути явления, если не сказать, сознательное игнорирование законов природы.

Биогеохимическая особенность затапливаемых территорий заключается в том, что они эволюционно сформировались под влиянием морских вод [40] и спорадическое затопление нагонной волной является неотъемлемой составной частью их функционирования. В нагонно-отливных береговых зонах ведущее значение имеют галофиты - растительные сообщества, приспособленные к обитанию в засоленых почвах. Осваивая засоленые почвы, галофиты своими корневищами и стеблями способствуют фиксации частиц (взвеси, органических остатков, песка), приносящихcz c нагонной волной, и как результат жизнедеятельности солянковых комплексов происходит вертикальный рост затапливаемых территорий примерно со скоростью 0.5-1.0 мм в год. Кроме того, малые уклоны террасы и прибрежные тросниковые заросли способствуют накоплению крупных и мелкоалевритовых частиц на береговом баре и на мелководье. Нагон не разрушает, а создает Северный Дагестан.

С другой стороны, благодоря вовлечению в геохимические процессы почвообразования алевритовых и пелитовых частиц, содержащих большое количество минеральных веществ, в затапливаемых площадях Северного Дагестана активно идут хемогенные и фитогеохимические процессы: плодородие почв, развитых на песках, находится в очень сильной зависимости от наличия илистого вещества. Морская вода, помимо песка, раковинного детрита и ила, приносит в затапливаемые площади влагу, биогенные вещества и микроэлементы. Штормовые нагоны, способные взмучивать несвязанные илы (начлок) в шельфовой зоне и "накрыть" ими прибрежную территорию, жизненно необходимы для Северного Дагестана. Для осознания их роли сошлемся на следующие экспериментальные данные.

На одном из опытных участков Тарумовского района продуктивность всей зеленой массы в 1973-74 годах в среднем составила 4.8 ц/га, а в 1975 году - 16.6 ц/га [81]. Одна из причин такого резкого роста биопродуктивности почв заключается в том, что весной 1975 года опытный участок затоплялся морской водой. Отсюда следует, что разовое затопление территории нагонной морской водой обеспечивает наших животноводов кормовыми ресурсами на 3-5 лет. (Что и говорить, очень вредное явление!) Еще раньше было доказано [35, 64], что орошение морской водой повышает урожайность не только естественных, но и культурных ценозов. Эксперименты, выполненные в последние годы [67, 68], показали, что затапливаемые почвы отличаются от незатапливаемых повышенным содержанием гумуса (в среднем в 1.4 раза) и питательных химических элементов (в среднем в 1.7 раза).

Все это свидетельствует о том, что эти территории требуют для своего развития периодического затопления морской водой. Поэтому любое вмешательство человека в экосистему периодически затапливаемых территорий Северного Дагестана (строительство дорог, дамб, каналов, кошар, кутанов), мешающее каким-то образом их генетической связи с морем, особенно, способствующих увеличению скорости отступления морской воды и усиливающих размыв отложившегося ила, запрещено самой Природой. Парадокс, однако, заключается в том, что человек с непонятным упорством идет против выработанных природой законов, вместо того чтобы разумно приспосабливать их к своим нуждам.

Следует также отметить, что сгонно-нагонная деятельность вблизи берегов, активизируя процессы обогощения поверхностных вод питательными веществами, способствует увеличению биологической продуктивности моря в целом.

Далеко не все однозначно и с вопросами обволования и выпрямления наших рек. Проблемой противопаводковой защиты притерских земель занимаются десятки организаций вот уже семь десятилетий (начиная с 1925 года). За это время разработано и реализовано огромное число проектов, созданы сотни километров противопаводковых защитных валов, построены многочисленные гидротехнические, водозаборные, рыбоходные сооружения, реконструированы оросительные каналы и системы, организованы нерестово-выростные водоемы... Но острота проблемы не падает, а, наоборот, возрастает; ждут своей очереди на реализацию десятки новых проектов, само собой разумеется, с распрекрасными технико-экономическими показателями.

Без преувеличения, о “комплексном обустройстве паводковой зоны Терека” можно написать увлекательный роман. Здесь же хотелось бы обратить внимание на "принципиальное" различие старых и новых проектов “комплексного обустройства” с помощью двух примеров.

Реализация старых проектов привела к полной потере рыбохозяйственного значения Аракумских и Нижне-Терских водоемов из-за их заиления. Новые проекты предусматривают [25] строительство других рыбохозяйственных водоемов, а с целью компенсации земель, подподающих под эти новые водоемы, - создание пастбищ для отгонного животноводства путем... осушения заиленных участков тех самых Аракумских и Нижне-Терских озер к гибели которых привели старые проекты. Второй пример. Для обеспечения противопаводковой защиты наших земель, населенных пунктов, объектов народного хозяйства в 1977 году был осуществлен выпуск стока Терека по искусственному руслу (прорези) через п-ов Уч-Коса в зону Среднего Каспия. В результате передислокации основного стока реки большая часть личинок осетровых после речной миграции стал поступать в зону высокой солености, где их выживаемость резко упала, и некогда уникальный Аграханский залив потерял свое рыбохозяйственное значение. Зато ценой громадных усилий республика сохранила несколько тысяч га земель. Сегодня же заговорили [25] о необходимости возрождения рыбохозяйственного значения Аграханского залива... в замен наших земель.

Где же логика? Ее нет в самой постановке проблемы противопаводковой защиты притерских земель. Терек протекает по руслу, сложенному собственными наносами - среднегодовая интенсивность отложения твердого стока в низовьях реки составляет в среднем 200 тысяч тонн [25]. Это приводит к повышению дна реки и, соответственно, ее уровня. Возрастает угроза затопления. Человек обволовывает русло для предотвращения затопления. Река откладывает твердый сток. Уровень реки повышается. Возрастает угроза затопления. Человек обволовывает русло. Река откладывает твердый сток... И такое соревнование между рекой и человеком продолжается не одно десятилетие. В результате на отдельных участках русло реки Терек уже поднято на 1-3 м над окружающей территорией. Вряд ли человек выиграет в этой борьбе с природой, и сегодняшняя паводковая безопасность программирует паводковую трагедию в будущем. А она непременно будет. И опять же, человек неистово борется с таким даром природы, как разлив реки Терек; Терек приносит нам богатейшие земли Северного Кавказа.

Завершая разговор о фронтальной дамбе, остается коснутся вопроса об ее экономичности. Вот одно из типичных высказываний приверженцев дамбы: “Можно предположить, что никто не сравнивал затрат в варианте строительства дамбы с вариантом без нее. Они-то несравнимые; в первом случае примерно на порядок (то есть в 10 раз) ниже” [45]. И это утверждение, как и утверждение проектировщиков, что дамба окупит себя через 6 лет, мягко говоря, дезинформация. Как обосновыватся экономическая эффективность подобных проектов мы уже показывали на примере канала Волга-Чограй. Да и сам читатель уже, наверное, в состоянии оценить “экономический эффект” фронтальной дамбы. Для информации отметим также, что по расчетам азербайджанских экономистов, даже для Азербайджана, который пострадал от повышения уровня Каспия в значительно большей степени, чем Дагестан, экономически выгоднее отступление от моря, чем защита от моря [63]. В этой же связи никак нельзя не отметить трагикомичность ситуации, в которой оказался Дагестан. Проект дамбы-автострады был разработан от Махачкалы до границы Дагестана с Калмыкией. Ни Калмыкия, ни Астраханская область, насколько известно автору, и не помышляли строить на своих морских берегах фронтальную дамбу. По существу эта была дорога в никуда.

На этом можно было бы и поставить точку, но тут начинается вторая серия - Проект-2.

После того, как был отклонен проект фронтальной защиты дагестанского побережья по заказу РСНПО “Дагестанберегозащита” был разработан проект защиты народно-хозяйственных объектов и ценных земель с помощью локальных дамб [47, 74]. Этот проект получил практически единодушное одобрение у дагестанских ученых. Значимых претензий было только две: 1) увеличить долю переносимых на безопасное место объектов в Южном Дагестане (в Махачкале и южнее) и 2) полностью отказаться от защиты земель и населенных пунктов в Северном Дагестане. Поддержал его и автор этих строк. Для этого были очень веские основания. Но сейчас для нас важно другое - этот проект дает нам уникальную возможность сопоставить сам проект с последствиями реализации проекта.

В неотложные мероприятия входило: строительство набережной в Приморском жилом микрорайоне г. Махачкалы протяженностью 4.6 км; восстановление зоны рекреации г. Каспийска протяженностью 20 км путем намыва свободного пляжа; строительство набережной в Южном жилом районе г. Дербента, протяженностью 3.6 км; радикальное изменение схемы канализации г. Махачкалы с переводом ее на туннельный вариант и с переносом насосных станций на безопасное место; строительство системы горизонтального трубчатого дренажа в прибрежных населенных пунктах; строительство новых оросительных систем в Северном Дагестане; обволование рыбоходов, Терека, Сулака, Шура-Озень, Самура и многое многое другое. Реализацию неотложных мероприятий планировалось производить, исходя из принципов универсальности (защита как в условиях подъема уровня моря, так и спада), многофункциональности (использование защитных сооружений в транспортных, рекреационных, культурно-эстетических целях), комплексности (защита от затопления, подтопления, абразионного разрушения, ветро-волновых нагонов), активности (использование современных, высокоэффективных методов регулирования волновых воздействий и транспорта наносов в виде свободных пляжей), этапности (соблюдение сроков строительства защитных сооружений и возможность их постепенного наращивания). Как неоднократно подчеркивается в “Концепции...”, эти мероприятия направлены на недопущение деградации окружающей среды, создание благоприятных условий жизни людей и охрану их здоровья, снижение экологических и эпидемиологических последствий от затопления и подтопления территорий, снятие социальной напряженности в республике и т.д., и т.п.

Ничего из того, что перечислено в реальном мире и помимо нет. Ничего! Вместо того, чтобы реализовать хоть что-нибудь полезное для республики (хотя бы модернизацию канализации г. Махачкалы, хотя бы строительство системы дренажа в прибрежных населенных пунктах) РСНПО “Дагестанберегозащита” стало строить локальные дамбы (если их можно так называть) где попало и как попало... и ждать очередного нагона, чтобы списать деньги. Такого разительного расхождения между самим проектом и его реализацией никто не ожидал, и все дебаты между экспертами и разработчиками на стадии принятия проекта сейчас уже кажутся забавными.

...На гербе одной из голландских провинций изображен сражающийся с морскими волнами лев, а под ним девиз: “Борюсь и побеждаю”. Любопытно, какой девиз взять Республике Дагестан?

7.6. Человек и море

Из всего многообразия взаимоотношений между человеком и морем мы затронем только вопрос волнового (абразионного) разрушения береговой зоны, постольку поскольку именно это явление послужило проектировщикам локальных дамб отправной точкой. На самом деле, в 1989-1995 годы размыв дагестанских берегов возрос и достиг 1-12 м/год [48]. Сторонники локальных дамб в оценке этого явления однозначны и категоричны. По их мнению разрушение береговых зон Каспийска, Махачкалы, Дербента, Главсулака и других участков вызвано повышением уровня Каспийского моря. Нам же представляется, что основная причина этого явления лежит в совсем иной плоскости.

Абразионное разрушение берега является всеобъемлющим и непрерывным процессом, протекающим на огромных участках Мирового океана в течение всего геологически обозримого времени. Его масштабность в одно время зародила даже легкую панику в научных кругах - не уничтожит ли море со временем все материки? Сейчас достоверно установлено, что материки неуязвимы. Однако, в последние десятилетия абразионное разрушение берегов не только Каспия, но и морей со стабильным уровенным режимом заметно возросло. Так, берега Азовского моря около Ейска отступают со скоростью до 4 м/год, Черноморские берега Колхидской низменности - до 9 м/год, берега Восточно-Китайского моря в районе Шанхая - до 17-30 м/год [38]. В целом прошедшее столетие характеризуется как фаза щирокопространственного размыва морских берегов [2].

При интерпретации этого явления современная береговая наука [8, 43, 56] базируется на законах саморегуляции. В естественных условиях эволюционного развития между морем и сушей устанавливается динамическое равновесие “абразия ®¬ отложение”, и линия уреза сохраняет стабильность в пространстве и во времени. Это означает, что морская волна является и разрушителем берега, и созидателем берега. Человек же, постоянно вмешиваясь в берегообразовательные процессы, нарушает это равновесие. Такое вмешательство началось, по крайней мере, в III-IV веках до н. э. - финикийцы, египтяне, римляне и греки защищали свои портовые сооружения, прибрежные постройки, ценные угодья от затопления морской водой и волнового разрушения. Но индустриальная эра наступления человека на морские берега началась в середине XIX века и связана она с изобретением железобетона и землесосных механизмов, развитием мореходства и орошаемого земледелия, строительством различных береговых сооружений и плотин на реках, добычей строительных материалов на пляжах и подводных склонах, загрязнением континентальных вод и вод морских акваторий. И масштабы экспансии человека на берег растет год от года.

Для выроботки правильной стратегии хозяйственного освоения морского побережья важно четко разграничить естественные факторы абразионного разрушения морских берегов от техногенных, а еще более важно предвидеть, предугадать отрицательные последствия антропогенного вмешательства. К таким факторам следует отнести: заселение и освоение побережья; преобразование берегового контура путем строительства различных гидротехнических сооружений и зарегулирования рек; изменение природного комплекса побережья как из-за изменения уровня моря, так и загрязнения морской среды.

До середины 1960-х годов заселение и хозяйственное освоение дагестанского побережья носили точечный характер и не приводили к заметным ландшафтным преобразованиям. Затем в течение короткого времени произошло бурное, можно сказать, дикое освоение побережья без элементарного обоснования ландшафтного строительства городов, поселков, населенных пунктов, рекреационных построек, дорог, набережных и прочих строений. Осуществив строительство на неустойчивых, легко размываемых береговых участках, бездумно осваивая территории, освобождающиеся отступающим морем, уничтожая на своем пути береговую растительность, человек тем самым нарушил энерго- и бионасыщенность зоны контакта моря с сушей, вызвал деформацию рельефа, эрозию почв, оползневые явления. Нежелательные последствия, вызванные таким вмешательством, сегодня воспринимаются как катастрофические и спысываются на норов Каспия. Но это еще пол-беды.

Человек также безрассудно бросился защищать свои постройки от наступающего моря. На прямой вопрос, защищать или не защищать нерационально выдвинутые к линии уреза строения, РСНПО “Дагестанберегозащита” без тени сомнения отвечает: “Защищать” [73]. Между тем, накопленный опыт показывает [8, 57], что даже на берегах морей со стабильным уровенным режимом существует более разумная альтернатива берегозащите - перенос строений вглубь суши. Более того, доказано, что берегозащитные сооружения, призванные предотвратить разрушения ценных жилых и производственных зданий, очень часто сами приводят к еще большим разрушениям и дополнительным затратам, во много раз превышающим стоимость защищаемых строений [2]. И не случайно 90 специалистов по морским берегам США обратились в свое время в конгресс с просьбой приостановить все действующие американские проекты берегозащиты, кроме особо важных (читай: военных) [8].

На побережье Каспийского моря существенные негативные последствия вызвали преобразования береговой линии путем строительства гидротехнических сооружений разного хозяйственного назначения: причальные и волноотбойные стенки, набережные и наброски, откосные крепления и подводные волноломы, портовые молы и пирсы, бунные или иные сооружения. Любое гидротехническое сооружение вносит возмущение в водную среду, формирующую берег, поэтому в самом механизме его функционирования заложено уничтожение пляжевого откоса, подмыв берегов на стыке с сооружением, возникновение краевых размывов на незакрепленном участке берега, и такие сооружения, нарушая естественный баланс наносов, ослабляют абразию берега на одном участке, но обязательно усиливает ее на другом участке.

Типичный тому пример - размыв берега у г. Каспийска. Главной причиной интенсивного разрушения пляжа, а вслед за ним и набережной здесь послужило строительство порта (гавани) в годы войны у южной окраины города, молы которого перехватили вдольбереговой поток наносов, идущих с юга. Вследствие этого, участь Каспийска была предрешена задолго до последней трансгресси моря. Схематически процесс, разыгравшийся на побережье г. Каспийска, показан на рис. 33. Накопление наносов с южной стороны мола привело к адекватному размыву берега с северной стороны, и городской пляж из аккумулятивного превратился в абразионный. Как видно из этого рисунка, такое представление процесса находит количественное подтверждение; на рис. 10а и 10б приведены данные [8] по влиянию штормовых волн и волн зыбы на деформацию берега у портовых молов, из которых следует, что площадь аккумуляции наносов на одной стороне мола равна площади размыва берега на другой стороне.

Рис. 33. Схема перестройки береговой зоны г. Каспийска и влияние длины поперечных сооружений L на деформацию берега DS в условиях воздействия штормовых волн (а) и волн зыбы (б) [8]  (DS=Sа-Sр, Sа - площадь аккумуляции, Sр - площадь размыва; стрелкой t отмечено рост времени).

Рис. 33. Схема перестройки береговой зоны г. Каспийска и влияние длины поперечных сооружений L на деформацию берега DS в условиях воздействия штормовых волн (а) и волн зыбы (б) [8]
(DS=Sа-Sр, Sа - площадь аккумуляции, Sр - площадь размыва; стрелкой t отмечено рост времени).

Сейчас на побережье Каспийска и Махачкалы строятся вертикальные стены якобы для защиты берега от размыва. Пока эти стены находятся вне зоны воздействия прибойного потока и их позитивно-негативные качества не проявляются. Но как только прибойный поток достигнет (из-за повышения уровня моря) их основания начнется донный размыв и буквально за несколько месяцев буферный песчаный откос, отделяющий стенки от моря, исчезнет.

Огромное влияние на стабильность дагестанских берегов оказало зарегулирование рек. Начиная с середины 60-х годов на реках бассейна Каспийского моря начали строить гидроэлектростанции и водохранилища, что привело к дефициту твердого стока. Например, на западном берегу моря общий годовой твердый сток сократился приблизительно на 40 млн м3, поступление же в береговую зону материала за счет абразии компенсирует лишь 2-3 млн м3 [56]. Ответная реакция природной среды, направленная на погашение дефицита твердого стока, привела к ускорению размыва береговой зоны. О пространственном масштабе влияния этого фактора на стабильность линии уреза можно судить, например, из того факта, что создание на реке Нил Асуанской плотины привело к размыву берегов Израиля [8]. В этом же ключе “работают” и постоянно обновляемые подходные (навигационные) каналы Северного Каспия; часть влекомых наносов и взвешанных частиц отлагается в прорези каналов, соответственно сокращая мощность вдольберегового потока.

Зарегулирование реки Сулак гидроэлектростанциями и искусственное спрямление ее русла в 1957 году привели к прекращению подачи твердого материала на береговой участок поселка Главсулак, превратив тем самым аккумулятивный берег в абразионный. И здесь, как и у берегов г.Каспийска, никакие защитные сооружения или искусственная подсыпка пляжа не помогут. Напротив, они приведут к еще большей дестабилизации береговой зоны на данном участке или где-то в другом месте.

Несомненно, и снижение, и повышение уровня моря в той или иной степени влияют на берегообразование. Ясно также, что подъем уровня моря в подавляющем большинстве случаев интенсифицирует процесс размыва аккумулятивного берега. Но оценивая вклад трангрессии-регрессии моря на формирование береговой зоны, как нам представляется, нельзя ограничиться только рамками непосредственного механического перемещения наносов; значительно более важное значение, по-видимому, имеет опосредственное влияние изменения природного комплекса побережья. Иными словами, наряду с терригенными факторами берегообразования, необходимо учесть и биогенные факторы; в производстве пляжевого материала Каспийского моря заметную роль играют донные биоценозы моллюсков. Очевидно также, что на биогенное производство пляжеобразующего материала существенное влияние будет оказывать и загрязнение моря различными токсичными веществами.

Детали этой проблемы сегодня во многом еше не ясны, но главные параметры можно выделить. По модели, разработанной в [12], действие нефтяного загрязнения на средний вес моллюсков (Р, мг) определяется функцией

P=f(O2, T, S, Cорг, Md, Hгр),

где O2 - содержание кислорода в придонных слоях моря, мг/л; T - температура придонных вод, оС; S - соленость, %о; Cорг - содержание органического углерода в донных отложениях, %; Md - медианный диаметр частиц грунта, мм; Hгр - содержание нефтепродукта в поверхностном слое осадка, мг/г.

Согласно этой формуле, любые природные и антропогенные факторы, приводящие к сокращению биомассы бентоса, будут отрицательно сказываться на развитии систем береговых зон. В частности, изменение уровня моря сопровождается изменением полей донных отложений [30], а нефтяное загрязнение Бакинской бухты привело к гибели моллюсков Dreissena, Hydrobia и к сильному угнетению моллюска Cerastoderma lamarcki [22]. По этой причине поставка створок моллюсков на дагестанские пляжи резко сократилась. При рассмотрении формировании берега Северного Дагестана необходимо учесть и хемогенные процессы, проявляющиеся благодаря вовлечению в берегообразование алевритовых и пелитовых частиц, поставляемых нагонной водой. К таким процессам можно отнести осаждение карбоната кальция, оксидов железа, различных сульфидов и других веществ.

Все эти вопрсы ждут дальнейшего изучения, но здесь важно подчеркнуть, что в оценке “прямых ®¬ обратных” действий между человеком и морем человек далеко не всегда объективен; свое действие на природную систему он расценивает, как рациональное, разумное, полезное, а ответное действие природной системы, как катастрофическое, нерациональное, вредное. Такая необъективность, приводящая, как правило, к печальным последствиям, обусловлена игнорированием, пренебрежением законов взаимодействия Человека и Природы. Вмешиваясь в окружающую среду, человек ориентируется на ближайшие результаты своего труда, а не на долговременную реакцию природы на это вмешательство. Так, например, процесс естественной стабилизации выведенного из равновесия морского берега происходит чаще всего по экспоненциальному закону [38], и во времени растягивается на десятилетия. Следовательно, экономическую целесообразность вмешательства человека в береговые природные системы необходимо рассчитывать не на ближайшие год-два, а на десятки и сотни лет вперед. А сегодня на побережье Каспия мы пожинаем плоды своих тех далеких вмешательств в берегообразовательные процессы. И сегодня своими необдуманными действиями мы закладываем грядущие катастрофы.

7.7. Как быть?

До 1980 года печать сообщала о громадных материальных убытках, которые несет народное хозяйство Прикаспийских стран из-за снижения уровня моря. После 1980 года печать стала сообщать о громадных материальных убытках, которые несет народное хозяйство Прикаспийских стран из-за повышения уровня моря.

Как же быть? Как жить на берегу Каспийского моря, которое и повышая свой уровень наносит ущерб человеку, и понижая свой уровень наносит ущерб человеку? Кратко выскажу свое видение проблемы.

В первую очередь надо осознать, что изменение уровня Каспийского моря изначально и навечно заложено природой, что оно происходило в прошлом, происходит в настоящем и будет происходить в будущем, что колебание уровня Каспия на величину плюс-минус 2-3 метра за относительно короткий период времени является таким же обыденным явлением природы, как смена дня и ночи. А потому ни повышение уровня Каспийского моря не является экологической катастрофой, ни понижение уровня Каспийского моря не является экологической катастрофой. Осознав это, надо отказаться от экономической политики хозяйственного освоения прибрежной зоны, основанной на форсировании строительства берегозащитных сооружений при повышении уровня моря и работ по дополнительному питанию моря при понижении его уровня. Человек своими действиями превращает нормальные природные процессы в катастрофические.

Затем надо честно признаться, что накопленная человечеством к настоящему времени сумма знаний не позволяет прогнозировать уровеньКаспия ни на ближнюю, ни на дальнюю перспективу. А посему надо отказаться от услуг “прогнозистов” уровня моря; они уже нанесли колоссальный ущерб.

И, наконец, нам людям надо осознать, что природные системы эволюционно развиваются по своим неподвластным человеку законам, что Природа мудрее человека, что более совершенный мир, чем создала Природа, человеку не создать. Постигнув это, надо подчиниться законам Природы. Одним из таких фундаментальных законов, которому нужно следовать при народно-хозяйственном освоении прибрежной зоны Каспийского моря, является уже упоминавшийся закон саморегуляции природных систем.

В механизме саморегуляции уровня Каспийского моря прежде всего начинает действовать морфометрический фактор, обусловленный переменной площадью зеркала моря; с увеличением площади увеличивается испарение с поверхности моря, которое стремится гасить дальнейшее приращение уровня, а с уменьшением площади уменьшается и испарение, которое стремится гасить дальнейшее уменьшение уровня. В этом же направлении работает и водообмен (отток-приток) между морем и прилегающими территориями. Но в качестве ключевых регуляторов уровня Каспийского моря выступают сточные и бессточные впадины.

На восточном побережье Каспийское море связано с заливом Кара-Богаз-Гол и с бессточными впадинами. Их характеристики приведены в таблице 24.

Таблица 24. Сточные и бессточные впадины Каспийского моря (по П.А.Каплину и Е.Н.Игнатову)

Характеристики

впадины

Залив Кара-Богаз-Гол

Соры Мерт­вый Култук и Кайдак

Впадина Карагие и другие

Отметка дна, м

-32

-27

-132

Площадь, тыс.км2

18

10

1

Объем, км3

120

10

92

Расстояние от моря,км

11

0

21

Высота водозабора, м

0

1

7

Объем водозабора от Каспия, км3/год

20

11

 

4


При отметке -30 м Каспийское море становится практически бессточным, и эту цифру в первом приближении можно использовать в качестве нижней предельной границы уровня моря. По мере повышения уровня каспийская вода начинает поступать в залив Кара-Богаз-Гол. При отметке уровня моря -29 м в залив будет поступать 5 км3 воды в год, если же уровень моря поднимется до отметки -26 м, то - примерно 20 км3 воды в год. При дальнейшем повышении уровня до отметки -22 м “заработают” Соры Мертвый Култук и Кайдак, куда поступит до 11 км3 воды в год, а затем - впадина Карагие и другие впадины, куда поступит до 4 км3 в год. К тому же, эти впадины выполняют функции естественных испарителей “лишних” каспийских вод.

Этот механизм саморегуляции уровня моря опробирован веками. Так, до 1940-х годов при нагонах большое количество морской воды уходило в заливы Мертвый Култук и Кайдак. Потом они отчленились от моря и обсохли, а начиная с 1983 года при сильных нагонах каспийские воды снова стали проникать в эти впадины.

Теперь несколько слов о прогнозе уровня Каспийского моря и о том, что он дает.

На основании рис. 24 и табл. 24 достаточно четко можно прогнозировать: при сохранении нынешних темпов повышения уровня в результате совокупного влияния испарения с поверхности моря и стока каспийских вод в залив Кара-Богаз-Гол он стабилизируется на рубеже XX и XXI веков на отметках -26...-25 м. Но вопрос, как долго сохранится нынешний темп повышения уровня моря, не имеет прямого ответа. Если же речь идет о дальней перспективе, то, исходя из верхней и нижней границ срабатывания механизмов саморегуляции моря, можно заключить, что уровень Каспия и в наступающем веке с какой-то вероятной цикличностью будет испытывать колебания внутри отметок -22 м и -30 м. Следовательно, долговременная стратегия социально-экономического поведения людей в прибрежной зоне Каспия должна быть рассчитана и адаптирована к двум предельным рубежам: трансгрессивному -22 м и регрессивному -30 м.

Но здесь возникает очень непростая дилемма: как адаптировать народное хозяйство к уровенному режиму Каспия, когда интересы одних отраслей противоречат другим, когда повышение уровня моря оказывается благоприятным фактором для одних отраслей, а понижение - для других?

К числу основных отраслей народного хозяйства, зависящих в той или иной степени от колебания уровня моря, относятся: рыбное хозяйство, морская нефтегазодобывающая промышленность, судоходство, гидроэнергетика и гидромелиорация в бассейне, рекреация, коммунальное и промышленное строительство на побережье. Одна отрасль народного хозяйства может получить от подъема уровня моря большую прибыль, другая меньшую, а третья может нести убытки. Прямо противоположный эффект вызывает понижение уровня моря. Регрессия моря освобождает значительные площади суши, способствует развитию нефтегазодобывающей промышленности, улучшает рекреационные качества береговой зоны, а трансгрессия - повышает биологические ресурсы моря, способствует развитию морского транспорта, благоприятствует развитию гидроэнергетики и гидромелиорации в бассейне моря. Сочетать их интересы - дело сложное, и до сих пор неясно, выигрывает или проигрывает народное хозяйство в сумме от повышения или понижения уровня моря.

Один простой пример. Как было показано выше, в 1930-х годах из общего улова рыбы (около 500 тысяч тонн) почти 90% приходилось на долю осетровых, а в 1970-х годах при тех же объемах улова - чуть больше 20%. За это время из-за снижения уровня моря значительно сократились пастбища осетровых, но зато существенно расширились пастбища для овец. Для рыбака - это беда, для чабана - благо. Сейчас идет обратный процесс: пастбища для овец сокращаются, а для осетровых - расширяются. Для чабана - это беда, для рыбака - благо. И даже на этом немудреном примере не так-то просто оценить: какая чаша весов “экономический выигрышЫэкономический проигрыш” перетянет при подъеме или опускании уровня Каспийского моря. Обобщая этот пример на подобные, приходим к выводу, что даже высокоточный прогноз уровня Каспийского моря, не представляет сколь-нибудь значимую ценность для народного хозяйства.

Мне же представляется, что разумнее всего жить на берегах Каспия в согласии с Природой, а не воюя с ней. Только в этом случае и повышение уровня моря не вызовет драматических последствий, и понижение уровня моря не вызовет драматических последствий. И только тогда можно будет извлечь максимальную пользу и от повышения уровня моря, и от понижения уровня моря.

7.8. Очевидные выводы

1. Изменение уровня Каспийского моря изначально и навечно заложено Природой, оно происходило в прошлом, происходит в настоящем и будет происходить в будущем.

2. На современном этапе геологического развития планеты Земля колебания уровня Каспия главным образом вызваны: а) крупномасштабными гидрометеорологическими процессами, протекающими как в бассейне моря, так и далеко за его пределами и б) хозяйственной деятельностью человека как в бассейне моря, так и далеко за его пределами.

3. Незрелые, недоказуемые псевдонаучные гипотезы об уровенном режиме Каспия, обслуживая ведомственные интересы и направляя решение проблемы по ложному пути, наносят огромный вред народному хозяйству Прикаспийских стран.

4. Накопленная человечеством к настоящему времени сумма знаний при всем могуществе современной науки не позволяет прогнозировать уровень Каспия ни на ближнюю, ни на дальнюю перспективу.

5. Современный человек, живущий на берегах Каспия, с необъяснимым упорством воюет против выработанных Природой законов вместо того, чтобы разумно приспосабливать их к своим нуждам.

6. Горько в этом признаться: катастрофы стали планировать, иницировать, провоцировать, они стали желанными для многих ведомственных организаций, благополучие многих должностных лиц зависит от них.

Литература

1. Аджимурадов З.А. О механизмах колебаний уровня Каспия // Материалы XIV научно-практической конференции по охране природы Дагестана. Махачкала, 1997, с. 216-218.
2. Айбулатов Н.А., Артюхин Ю.В. Геоэкология шельфа и берегов Мирового океана. С.-Петербург, Гидрометеоиздат, 1993, 304 с.
3. Алексеев А. Прожект из прошлого. Реализация проекта переброса сибирских рек приведет к экологической катастрофе // Независимая газета, 09.06.99.
4. Арламадхан Б. Проблема подъема уровня Каспийского моря // Сборник рефератов Международной конференции “Каспийский регион: экономика, экология, минеральные ресурсы.”. М., 1995, с. 14.
5. Алклычев И. Тайны Каспия: искать непроторенные пути // Дагестанская правда, от 04.06.94 г., от 03.10.96 г.
6. Алишаев М.Г., Лагиева М.М. Методы вывления цикличностей на примере определения уровня Каспийского моря // Мониторинг и прогнозирование чрезвычайных ситуаций. Тезисы докладов. Махачкала, 1997, с. 42-44.
7. Апполов Б.А. Каспийская проблема и пути ее разрешения // Тр. Океанографической комисси. М.; Изд-во АН СССР, 1959, т. 5.
8. Артюхин Ю.В. Антропогенный фактор в развитии береговой зоны моря. Изд-во Ростовского университета, 1989. - 144 с.
9. Афанасьев А.Н. Колебания гидрометеорологического режима на территории СССР. М.: Наука, 1967. -230 с.
10. Берг Л.С. Уровень Каспийского моря за историческое время//Проблемы физической географии. 1934. Том 1, вып. 1, с. 11-64.
11. Березнер А.С.Перспектива развития водопотребления в бассейне Каспийского моря // Водные ресурсы, 1979, № 1, с. 7-14.
12. Бронфман А.М., Горстко А.Б. Количесственная оценка некоторых химико-биологических последствий загрязнения моря нефтепродуктами и детергентами // Загрязнение солоноватых морей. Гдыня, 1975, с. 292- 307.
13. Бунин Г.Г. // Сборник рефератов Международной конференции “Каспийский регион: экономика, экология, минеральные ресурсы.”. М.: 1995.
14. Бутаев А.М. Каспий: загадки уровня. Махачкала, 1998, 72 с.
15. Бутаев А.М., Монахов С.К., Защитная дамба и вопрос подтопления Северного Дагестана // Будущее Дагестана. Махачкала, 1994, с. 160-163.
16. Бутаев А.М., Монахов С.К., Гасанов Ш.Ш. Уровенный режим Каспия и задачи экологии // Сборник рефератов Международной конференции “Каспийский регион: экономика, экология, минеральные ресурсы.”. М.: 1995, с. 91-92.
17. Бутаев А.М., Монахов С.К., Гасанов Ш.Ш. Экологические проблемы прибрежной зоны Дагестана и пути их решения // Материалы XIII научно-практической конференции по охране природы Дагестана. Махачкала, 1995, с. 199-200.
18. Бутаев А.М. Дамба - это опасный вызов морю // Новое дело, № 41, 1995 г.
19. Бутаев А.М., Гаджиев А.З., Гасанов Ш.Ш., Монахов С.К. Каспий: послесловие к стихийному бедствию // Дагестанская правда, 1995, № 61.
20. Ваганов А. "Младенец", который играет уровнем моря // Незевисимая газета, №6, июнь, 1998.
21. Варущенко С.И., Варущенко А.Н., Клиге Р.К. Изменения режима Каспийского моря и бессточных водоемов в палеовремени. - М.: Наука, 1987.- 240 с.
22. Векилов Д.С., Настюков А.Б., Щадский И.П. К вопросу использования природных факторов для процесса самоочищения Бакинской бухты // Эспресс-информ. ВНИИЭгазпром. Вып. 3. Освоение ресурсов нефти и газа морских месторождений. М., 1983, с. 24-26.
23. Вестник Каспия, 1996, № 2.
24. Виноградов Б.В. Аэрокосмическая съемка как инструмент экологического контроля // Вестник Российской академии наук, 1994, Том 64, № 5, с. 417-424.
25. Водные ресурсы Дагестана: состояние и проблемы/Отв. ред. И.М.Сайпулаев, Э.М.Эльдаров. Махачкала, 1996, -180 с.
26. Воропаев Г.В. Гидрологические и технические аспекты территориального перераспределения водных ресурсов в СССР // Проблемы освоения пустынь. 1979, № 3, с. 3-8.
27. Воропаев Г.В., Косарев А.Н. О современных проблемах Каспийского моря // Природа, 1981, № 1, с. 61-73.
28. Гаджиев А.З., Монахов С.К., Бутаев А.М., Каспаров С.А. Природные воды равнинного Дагестана в условиях повышения уровня моря // Мелиорация и водное хозяйство, 1994, № 1, с. 25-27.
29. Гаджиев А.З., Каспаров С.А. К вопросу прогнозирования уровенного режима Каспийского моря // Проблемы экологической безопасности Каспийского региона. Москва-Махачкала, 1997, с. 23-25.
30. Гидрометерология и гидрохимия морей. Том VI. Каспийское море. Вып. 1. Гидрометеорологические условия. С.-Петербург. Гидрометеоиздат, 1992. -359 с.
31. Гладыш Л.Н., Тагиров Б.Д. Состояние и проблемы защиты Дагестанского побережья Каспия // Мелиорация и водное хозяйство, 1994, № 1, с. 5-7.
32.Голицын Г.С., Панин Г.Н. О водном балансе и современных изменениях уровня Каспия // Метеорология и гидрология, 1989, № 1, с. 57-64.
33. Голубов Б.Н. Подъем уровня моря - результат эксплуатации недр // Вестник РАН, 1995, Том. 65, № 7, с. 626.
34. Голубов Б.Н. Особенности современной геодинамической активности Арало-Каспийского региона // Известия РАН. Серия Географ.. 1994, № 6, с. 96-99.
35. Грамматикати О.Г., Омаров К., Рамазанов Д., Шугаибов З. Использование воды Каспийского моря для орошения // Гидротехника и мелиорация, 1975, № 4, с. 94.
36. Детская энциклопедия. 1962, Том 8, с. 359.
37. Дзядевич И.А. К вопросу о канале Черное море-Каспий // Водные ресурсы, 1979, №1, с. 51.
38. Есин Н.В., Савин М.Т., Жиляев А.П. Абразионный процесс на морском берегу. Л.: Гидрометеоиздат, 1980. -200 с.
39. Закиев Ф., Петров М. Был Каспий другом. Стал Врагом? // Огонек, май, 1996.
40. Залибеков З.Г. Опыт экологического анализа почвенного покрова Дагестана. Махачкала, 1995. -144 с.
41. Защита Каспийского побережья Северного Дагестана ограждающей дамбой // Российское акционерное общество “ЕЭС Россия”. С.-Петербург. 1993.
42. Защита народнохозяйственных объектов и населенных пунктов прибрежной полосы Каспийского моря в пределах Российской Федерации // Комитет по водным ресурсам Министерства экологии и природных ресурсов России. М., 1992, 48 с.
43. Зенкович В.П. Основы учения о развитии морских берегов. М.: Изд-во АН СССР, 1962. -250 с.
44. Зонн И.С. Каспийский меморандум (введение в геополитическое каспиеведение). М., 1997, -290 с.
45. Исрапилов М. Каспий может остановить только дамба // Новое дело, № 19, 1995 г.
46. Исрапилов М. Мертвое море и мертвые барханы // Новое дело, № 43, 1996.
47. Каплин П.А., Игнатов Е.Н. Технико-экономический доклад “Каспий”. М., 1992.
48. Карпукович В. Каспий - море лукавое // Дагестанская правда. Октябрь, 1996.
49. Каспийское море. Гидрология и гидрохимия. М: Наука, 1986.-262с.
50. Кеннет Д. Морская геология, М.: Мир, 1987, т.1.
51. Клиге Р.К. Нарушение экологических условий подъемом уровня Каспия // Проблемы экологической безопасности Каспийского региона. Москва-Махачкала, 1997, с. 42-44.
52. Концепция Федеральной целевой программы на 1996-2000 годы по решению социальных, экономических и экологических проблем, связанных с подъемом уровня Каспийского моря. М., 1993.
53. Кочемасов Г.Г. Тектонические связи Арала и Южного Каспия в суперструктуре Восточно-Евразийского кратона // Сборник рефератов Международной конференции “Каспийский регион: экономика, экология, минеральные ресурсы.”. М.: 1995, с. 33.
54. Кривошей М.И. Арал и Каспий (причины катастрофы). С.-Петербуог, 1997, 130 с.
55. Кулешов В. Президенты обсуждают проблемы Каспия // Известия, № 96, 1993.
56. Леонтьев О.К. Проблемы уровня Каспия и устойчивости каспийских берегов // Вестник МГУ. Сер. 5. География. 1988. № 1, с. 14-20.
57. Мамыкина В.А., Хрусталев Ю.П. Береговая зона Азовского моря. Ростов н/Д, 1980, 173 с.
58. В.Н.Малинин. Проблема прогноза уровня Каспийского моря. С.-Петербург, 1994. -160 с.
59. Матат-заде А.А. Синоптико-климатическое районирование Каспийского моря // Труды ИГ АН АзССР, 1954. Том 4, с. 5-64.
60. Монахов С.К., Гасанов Ш.Ш., Бутаев А.М. Уровенный режим Каспия и задачи экологии // Наука и социальный прогресс Дагестана. Махачкала, 1997, Том II, с. 228-233.
61. Мухина Е.В., Игнатов Е.И., Каплин П.А. Каспий: катастрофа, гипотезы и стратегия // Наш дом - планета Земля. М., 1995.
62. Николаева Р.В. Краткий обзор схем и предложений по стабилизации и регултрованию уровня Каспийского моря // Тр. Океанографической комиссии. М.: АН СССР, 1959, т.5.
63. Нужен Ноев ковчег // Огонек, май, 1996.
64. Петренко М.Я., Попов А.А. О возможности орошения Западного Прикаспия морской водой // Гидротехника и мелиорация, 1973, № 12, с. 82-85.
65. Реймерс Н.Ф. Экология (теории, законы, правила, принципы и гипотезы). М., 1994, 367 с.
66. Рычагов Г.И. Экологические аспекты нестабильности уровня Каспийского моря // Аридные экосистемы, 1996, Том 2, № 2-3, с. 74-82.
67. Салманов А.Б., Гаджиев А.З., Бутаев А.М., Тагиров К.К. Влияние сгонно-нагонных колебаний уровня Каспийского моря на эколого-биогеохимическое состояние почв прибрежной зоны Северного Дагестана // Сборник рефератов Международной конференции “Каспийский регион: экономика, экология, минеральные ресурсы.”. М.: 1995, с. 111-112.
68. Салманов А.Б. Биогеохимическая характеристика почвенного покрова пустынных экосистем равнинного Дагестана в связи с подъемом уровня Каспийского моря // Аридные экосистемы, 1996, Том 2, № 2-3, с.123-130.
69. Серебряков Л.И. // Сборник рефератов Международной конференции “Каспийский регион: экономика, экология, минеральные ресурсы.”. М.: 1995.
70. Сидоренко Н.С., Швейкина В.И. Изменение климатического режима бассейна Волги и Каспийского моря за последнее столетие // Водные ресурсы, 1996, Том 23, № 4, с. 401-406.
71. Смирнова К.И. Водный баланс и долгосрочный прогноз уровня Каспийского моря. -Л.: Гидрометеоиздат, 1972. -123 с.
72. Сулейманов А. Нужно ли бороться с Каспием? // Дагестанская правда, 21 ноября, 1995.
73. Тагиров Б. Каспий и “берегозащита”: кто кого? // Новое Дело, № 37, 1995 г.
74. Технико-экономическое обоснование неотложных мероприятий на 1993-1995 годы по предотвращению затопления и подтопления населенных пунктов, производственных и непроизводственных объектов, сельхозугодий и других ценных земель, расположенных в прибрежной полосе Каспийского моря Республики Дагестан. Пятигорск, 1993.
75. Турсунов А.А. О прогнозировании климатических изменений в Центральной Азии // Проблемы освоения пустынь, 1995, № 5, с. 3-21.
76. Физическая география Дагестана М., 1996 г. -382 с.
77. М.Шахрай. Деньги - в песок, а концы - в воду // АиФ “Дагестан” № 3, 1996 г.
78. Шило Н.А., Кривошей М.И. Взаимосвязь колебания уровня Каспийского моря с напряжениями в земной коре // Вестник АН СССР. Серия Физика Земли, 1989, № 6, с. 83-90.
79. Эйгенсон М.С. Будущее Каспийского моря // Проблемы Каспийского моря. Всес. совещ. по проблеме Каспийского моря. Баку, 1963, с. 24-28.
80. Эльдаров Э.М., Бутаев А.М., Гасанов Ш.Ш., Монахов С.К. Социально-экономические и экологические последствия повышения уровня Каспийского моря // Современные экологические проблемы Дагестана. Махачкала, 1994, с. 128-164.
81. Яруллина Н.А. Первичная биологическая продуктивность почв дельты Терека. М.: Наука, 1983. -87 с.

 
Яндекс.Метрика
Яндекс цитирования Valid XHTML 1.0 Transitional